Спустя пару композиций, обстоятельно исследовав организм за спиной от коленей до лопаток (насколько я успел заметить, Кира тоже не особо сдерживалась), я решаю, что пора поцеловать ее еще раз и ненавязчиво двигать в сторону дома. Но для этого сначала надо развернуться. Удается мне это не сразу, но повернувшись я натурально обмираю. За спиной у меня... Настя. Моя соседка... Некоторое время мы смотрим друг на друга, затем она хватает меня за воротник рубашки, притягивает к себе и целует в губы. Она изрядно пьяна. Оторвавшись от меня, Настя снова внимательно смотрит мне в глаза, затем говорит, что хочет на улицу. Мы выходим из бара и, о господи, никогда в жизни свежий воздух не казался мне таким сладким и пьянящим. Упиваясь им, как нектаром, я чувствую, как проясняется голова, тело становится легче, резь от табачного дыма в глазах постепенно проходит. Я совершенно точно ни за что не зайду обратно. К счастью, Настя тоже не горит желанием возвращаться.

– Хочу домой.
– произносит она, - Пойдем домой?

– Пойдем.
– говорю.

Поправив блузку, она берет меня под руку и мы идем в сторону дома. Идем той же дорогой, какой я пришел сюда - улица Ломоносова, площадь Ломоносова...

– Ты никогда не задумывался о том, сколь велика роль случая в нашей жизни? - Настя крепко сжимает мой локоть, пытаясь подстроиться под ритм ходьбы.
– О том, что один крошечный шаг может вознести или уничтожить тебя. Задумывался?

– Если я правильно тебя понял, то да, задумывался.

– А что тут можно неправильно понять? Очень часто в интервью множество состоявшихся людей говорит, что ничего бы не добились без своих вторых половин. Это очень важно - говорят они, - иметь рядом человека, который поддержит тебя в любой ситуации, разделит с тобой радости и печали. «А как вы познакомились со своей женой?» - спрашивает их интервьювер. «Мы учились в одном институте», «мы вместе были в стройотряде», «мы стажировались в одной компании» и так далее. А что, если хотя бы один из них решил поехать к родителям на лето, вместо того, чтобы ехать в стройотряд? Что если хотя бы один из них выбрал другую контору для стажировки? Они бы никогда не встретились. А сошлись бы, возможно, с какой-нибудь стервой, в женском или мужском обличии, которая высосала бы из них жизнь, отравила бы существование, навечно привязала к себе детьми или еще чем и оставила бы в итоге жалкое подобие того, кого сейчас мы видим на фотографии в журнале. Какая колоссальная разница, а, казалось бы, всего одно маленькое решение - ехать в стройотряд или не ехать. Вот и получается, что все, что мы имеем в настоящий момент, мы подобрали идя по дороге, вымощенной из маленьких и не очень решений, и мы продолжаем ее мостить, сами не зная, куда она нас в конце концов приведет - к пряничному домику или в темную чащу к убийцам и насильникам.

Я ничего не отвечаю, раздумывая над ее словами.

– Ты хорошо знаешь город?
– вдруг спрашивает Настя после нескольких секунд молчания.

– У тебя потрясающая способность незаметно менять тему.
– смеюсь я, - Неплохо, а что?

– Я плохо. Всегда восхищалась людьми, которые знают название каждого мостика в Питере. Как называется вот эта площадь, например?

– Площадь Ломоносова.

– А мост?

– Мост Ломоносова.

– А вон тот мост?
– она показывает в сторону следующего.

– Лештуков. Построен в 1907 году для облегчения доступа к БДТ.

– Вот об этом я и говорю. Теперь я восхищаюсь тобой.

Приблизившись к дому, я внимательно смотрю по сторонам (привычка, приобретенная после знакомства с детиной), открываю дверь и пропускаю Настю вперед. В лифте мы смущенно смотрим друг на друга, какое-то время мне кажется, что она снова поцелует меня, но этого не происходит, мы доезжаем до своего этажа, я отпираю дверь, внутри как всегда потемки, одинокая лампочка светит из противоположного конца коридора, я провожаю Настю до дверей.

– Спасибо, - говорит она, оборачиваясь, - за... кхм... танец. И за то, что проводил.

– Пожалуйста. Спасибо за интересную беседу. Спокойной ночи.

– Спокойной ночи.

Я делаю шаг назад, собираясь отвалить в свою комнату.

– Ты, случайно, не хочешь взять мой номер телефона?
– говорит Настя, облокотившись лопатками об дверь и скрестив ноги, - вдруг пригодится.

В полумраке коридора она просто сногсшибательна, настолько, что я не сразу нахожусь с ответом.

– Конечно.

В смущении я достаю из кармана свой копеечный телефон, к счастью, она на него даже не смотрит. Продиктовав мне номер, она легко целует меня в щеку и не говоря больше ни слова скрывается за дверью.

Постояв перед закрытыми дверьми, я разворачиваюсь и иду к себе, где падаю на диван прямо в одежде и какое-то время смотрю в потолок, пытаясь осознать события прошедшего вечера. Из полудремы меня вырывает звон мобильника. В первые несколько мгновений я думаю, что это, возможно, Настя, ей скучно, она меня хочет, но затем вспоминаю, что у нее нет моего номера и, раздосадованный, смотрю на дисплей. Макс.

– Алло.

– Ты где?

– Дома.

– Уже?

– Да. А вы?

– Мы нет. Кира просила передать, что ты мудак.

Бля.

– Спасибо. Она рядом?

– Нет, не рядом. Кто она?

– В смысле?

– «Доска в белом, которую ты лапал весь вечер». Формулировка не моя, если что.

– Кирина?