Малютин откомандировал для этой цели рядового Анисина.

— Мы пойдем, лейтенант, охраняйте лесника. Помните, что это вражеский шпион, — слегка повысил голос Коготь.

— Так точно, товарищ майор. — Слово «шпион» произвело на Малютина сильное впечатление.

Взявшись за края одеяла, Коготь, Самойлов и солдат понесли тело парня к машине. Путь по тайге был не близким, и потому скорбная процессия нередко останавливалась и отдыхала. На одном из таких привалов Андрей сказал, кивнув на труп:

— Мать ждет, надеется на его возвращение живым, а мы уже все знаем. Надежды нет, осталось только изуродованное тело ее сына.

— Да, это ужасно, — согласился Коготь. — У этой женщины муж погиб на фронте в 41-м, а сейчас и сын, неподалеку от дома.

— У меня руки чесались, так хотелось пристрелить этого гада, растоптать гниду, — сжав кулаки, гневно произнес Самойлов.

— Те же чувства были и у меня, Андрей, но, сам понимаешь, пока нельзя. — Майор посмотрел на солдата и сказал: — Ладно, понесли. Осталось уже немного.

Вскоре за поредевшими деревьями они увидели «Виллис», возле которого прохаживался водитель, покуривая папиросу. Погрузив труп подростка в машину, Коготь и Самойлов сели рядом.

— Все, рядовой, возвращайся к сторожке! — приказал Коготь.

— Есть, товарищ майор.

Солдат уже собирался уходить, но Коготь окликнул его:

— Погоди, Анисин. У лесника в сторожке есть вяленое мясо, копченая рыба, так что голодными не останетесь. Не пропадете, одним словом. За домом найдете колодец.

— Понял, товарищ майор.

— Тогда ступай, а ты, — Коготь обратился к водителю, — заводи мотор.

Джип вздрогнул, завелся и, развернувшись, покатил по дороге. Когда «Виллис» въехал в деревню, Коготь приказал водителю затормозить около Павловского сельсовета.

Одеяло с убитым вынули из машины и положили на землю. Вскоре прибежала мать Коли — доярка Люба. Рыдая, женщина бросилась к убитому сыну. Ее обступили односельчане.

— Отвезешь труп в дом матери Коли, — шепнул водителю майор, — а затем сразу же возвращайся.

Увидев на крыльце сельсовета председателя Мишина, Коготь жестом руки показал, что им нужно пройти в здание и поговорить. Председатель кивнул. Майор обошел толпу и взбежал на ступеньки, вслед за ним отправился и Самойлов. Председатель проводил их в свой кабинет.

— Какое горе… Не передать словами. Люба не переживет этого, — запричитал председатель. — Да вы присаживайтесь.

Коготь и Самойлов сели на стулья напротив стола Мишина.

— Кто убийца? И как вы нашли мальчика? Что произошло? — засыпал вопросами «следователей» председатель сельсовета.

— Вы немного успокойтесь, Леонид Валерьевич, выпейте воды, — посоветовал Самойлов.

— Да, мне нужно успокоиться, вы правы, — засуетился Мишин.

Он подошел к стоявшему на столе графину с водой и плеснул немного жидкости в стакан, после чего выпил ее медленными глотками. Немного успокоившись, он сел за стол.

— Мы провели серию следственных мероприятий, распространяться о которых я не имею права, — пустил словесный дым Коготь.

— Я вас понимаю, — нервно кашлянул председатель и заерзал на стуле.

— Так вот, нам удалось, — продолжил майор, — найти труп подростка. Мы с коллегой, — Коготь взглянул на Самойлова, — сделали вывод, что парень заблудился в тайге и нарвался на одного из беглых зэков, которых, как вы знаете, немало в тайге встречается.

— Да, — вздохнул Мишин, — к сожалению, в тайге хватает этого сброда.

— Ну а где же им больше укрыться? — хмыкнул майор. — Короче, он и зарезал Кольку. Только зачем он это сделал? На этот вопрос у меня нет ответа.

— Я понимаю вас, Антон Андреевич, зверь он и есть зверь, — повысил голос председатель.

— Вот именно, — задумчиво протянул майор.

— А что с лесником? Кажется, вы хотели его найти? — осторожно спросил Мишин.

— Да, хотели, в ходе оперативной разработки. Но, скажу сразу, он не виноват.

— Слава Богу, — облегченно выдохнул председатель. — Он хороший мужик. Я его знаю. Да и как нам без лесника? Начальство доводит большие планы по заготовке леса. Нет, я, конечно, не жалуюсь, — поспешил заверить Мишин, — но работают-то в основном одни бабы. Сами понимаете, война…