— Понял, майор. Завтра вечерком будь на месте. Я продиктую тебе нужные сведения.

— И еще…

— Что такое? — настороженно спросил Костомаров.

— В Калуге действует немецкая шпионка под именем Ольги Волошиной. Она якобы родная сестра лесника, работает на почте. Девушка непосредственно связана с Абвером и через систему кодированных телеграмм сообщает леснику, к примеру, в каком квадрате и когда нужно встречать диверсионную группу. В присылаемых ею телеграммах количество букв в словах обозначает цифру кода. Пока, естественно, Волошину трогать не надо, просто следует понаблюдать за ней.

— Верно мыслишь, Коготь. Зачем раньше времени пугать врага? Нам дело нужно делать, — удовлетворенно хмыкнул полковник. — А ты, Коготь, как я вижу, неплохо там поработал.

— Все еще впереди, Иван Антонович.

— Не скромничай, Владимир Николаевич, успехи, как говорится налицо. Но давай ближе к делу. Завтра в восемь вечера по московскому времени я тебе позвоню.

— Вас понял, Иван Антонович. До связи, — бодро сказал Коготь.

— Удачи, майор.

Положив трубку, Коготь откинулся на спинку стула и задремал. Он открыл глаза, когда в кабинет вошел Веригин.

— Все в порядке, майор? Поговорил с Москвой? — поинтересовался он.

— Да, все в полном порядке, — потянулся в кресле Коготь и встал, уступая полковнику его законное место. — Завтра в восемь вечера по Москве мне позвонят.

— Я буду в кабинете, приходи. Как начнете говорить, выйду.

— Спасибо, Семен Петрович. И вот еще что нужно сделать. Свяжитесь с Мишиным прямо сейчас и потребуйте, чтобы он немедленно сообщил вам, как только на имя Федора Макарова, это их лесник, придет телеграмма от его сестры Ольги Волошиной из Калуги. Ну а вы, соответственно, скажете об этом мне. Это очень важно. Слегка припугните Мишина, самую малость. Видно, что он мнительный и боязливый человек, а посему это будет не лишним.

— Ладно, майор, сейчас сделаем, — кивнул Веригин снимая телефонную трубку.

Он переговорил с Мишиным, не преминув намекнуть, что от точности выполнения данных ему указаний зависит, останется ли председатель сельсовета на своем посту или нет. Леонид Валерьевич клятвенно пообещал, как только придет телеграмма Макарову от Волошиной из Калуги, он тут же позвонит по телефону, который ему продиктовал Веригин.

Полковник повесил трубку.

— А ты точно подметил, майор, что Мишин трусоват, вон как залебезил. Короче, с ним проблем не будет. Если надо, он сам принесет телеграмму из Калуги, — Веригин рассмеялся так заразительно, что Коготь не смог сдержать улыбки.

— А сейчас, майор, присоединяйтесь к своим людям. Наверняка у тебя найдется о чем с ними поговорить. Я распорядился приготовить нехитрый ужин на всех: жареная картошка, рыба…

— Спасибо, Семен Петрович, — поблагодарил Коготь начальника полигона и вышел из кабинета.

Смершевцы сидели в офицерской столовой, уткнувшись в тарелки с едой. Коготь переоделся в военную форму, в которой чувствовал себя гораздо лучше, чем в гражданской одежде, от которой за годы войны успел отвыкнуть, зашел в столовую и придвинул к себе тарелку, принесенную поваром.

— Как дела, Степан Иванович? — ловко орудуя вилкой, спросил он у своего заместителя.

— В общем, неплохо. Вчера прогулялись к озеру, посмотрели на местные красоты, вот только жаль, рыбы не половили, — пошутил Андронов, — словом, посидели несколько часов для порядка и сегодня после обеда вернулись. Пока все тихо, как в танке перед боем, — резюмировал капитан.

Коготь, понизив голос, поведал о своих с Самойловым приключениях в деревне Павловское. Услышав историю о шпионе и об убитом им подростке, Егоров зло, сквозь зубы, процедил:

— Вот поэтому я и пошел служить в СМЕРШ, чтобы давить таких тварей.

— Спокойнее, Егоров, прежде чем давить, следует хорошенько подумать, всю ли полезную информацию мы от него получили. Помни об этом, поскольку эмоции, как говорил мой командир, перекрывают кислород работающему мозгу.

— Верно сказано, — кивнул Анютин.

После ужина офицеры СМЕРШа поднялись к себе на второй этаж и уселись за шахматы. Коготь переигрывал своих парней одного за другим и при этом успевал думать об операции «Топь», которая, судя по словам полковника СМЕРШа Костомарова, набирает обороты.

— Командир, как вы умудряетесь думать о чем-то своем и при этом двигать фигурами на шахматной доске, мастерски вздувая нас? — покачал головой капитан Андронов.

— Видно, что мы вам не соперники, товарищ майор, — развел руками Абазов после того, как Коготь буквально в течение пяти минут разбил его в пух и прах.

— Я, конечно, ребята, могу и поддаться, — оглядев подчиненных, сказал майор, — и тогда вы начнете у меня выигрывать, но это будет не честно по отношению к вам. Короче, я вас уважаю, поэтому не могу поступить так низко, — усмехнулся Коготь.