Вот охранник остановился у соседней камеры, постоял немного и пошёл дальше. Откуда-то повеяло таким холодом, что Северус начал панически хватать ртом воздух, задыхаясь и хрипя. Лёгкие обожгло морозом, будто в камере была минусовая температура. В решётчатом окне мелькнула голова знакомого охранника, а потом сквозь решётку Северус увидел его…

Огромное жуткое существо в чёрном плаще вплотную прильнуло к решётке, разглядывая пленника. Северус забыл, как дышать. Только сидел и судорожно хватал ртом воздух, как выброшенная на берег рыба. Он, конечно же, слышал об этих страшных созданиях, но никогда не видел ни одного из них так близко. Дементор склонил голову на бок, внимательно изучая Снейпа, будто тот был любопытным экспонатом в музее. Северус словно со стороны услышал свой сип, который вырывался из его горла. Руки сжались в кулаки, ногти впились в кожу. Но он не чувствовал боли. Лишь смертельный ужас и беспросветную пустоту. Дышать становилось всё труднее. Он истерично замотал головой и заскользил ногами по полу, как будто ему было куда отползать. Но дементор продолжал стоять и наблюдать за своей жертвой. Северусу показалось, что сейчас он умрёт от разрыва сердца, так бешено оно колотилось. Он зажмурился и вжался в стену, как будто это могло помочь.

Словно сквозь туман он услышал собственное подвывание и усталый человеческий голос:

— Довольно. Он сейчас потеряет сознание.

А потом всё прекратилось. Холод отступал не резко, но ощутимо. В груди перестало давить. Сердце начало биться спокойнее и увереннее. Только тогда Северус решился открыть глаза. Сквозь решётку на него смотрел уже не дементор, а тот самый пожилой охранник.

— Как ты, сынок? — к глубочайшему изумлению Северуса, спросил тот довольно мягко и даже участливо.

Северус всё ещё задыхался, поэтому нашёл в себе силы только для того, чтобы кивнуть.

— Хорошо, — отозвался охранник и зачем-то добавил: — Первые дни самые тяжёлые. Для них новые заключённые, как варенье для мух.

Северус не знал, что ответить на это, поэтому ещё раз кивнул, и старик скрылся из зоны видимости. Снейп опустил голову, переводя дух, и только тут понял, что всё его лицо мокрое от слёз и пота. Он быстро вытер лицо рукавом и с удивлением обнаружил на своих ладонях восемь кровавых отметин. Стало по-настоящему страшно. Северус уткнулся лицом в колени, стараясь согреться и выровнять дыхание, но чувство тревоги и пустоты никак не хотело его покидать. И Снейп сообразил, что дементор не ушёл из коридора. Скорее всего, он останется здесь на всю ночь. И на эту, и на все последующие, что ему предстоит тут провести.

Осознание этого с силой резануло по сердцу. Северус буквально чувствовал, как сжимается от страха и отчаяния самая важная и крупная мышца в его теле. Его затрясло мелкой дрожью, брюки начали быстро промокать от слёз, которые он уже не мог сдерживать. Всё происходящее стало казаться таким ужасным, что он не мог найти в себе силы, чтобы рационально подумать об этом. У него вообще не было сил на то, чтобы связно мыслить. Клонило в сон. Но Северус почему-то испугался, что если уснёт, может никогда не проснуться.

Он поднялся на затёкшие ноги и попытался пройтись по камере, однако тут же почувствовал такую слабость, что ему пришлось снова опуститься на холодный пол, чтобы не упасть. Он сжался в комок и попытался успокоиться, но присутствие дементора давало о себе знать. Глаза закрывались сами собой. Северус не хотел засыпать, потому что, по рассказам тех, кто уже бывал в этом месте, во снах к заключённым приходят самые плохие воспоминания. Но сил бороться с собственным измотанным организмом больше не было. И, скрючившись в неудобной позе зародыша на жёстком полу, Северус провалился в тревожный беспокойный сон…

***

…Северусу было девять, когда он повстречал этого пса. В жаркий летний день он, как обычно, гулял вдоль реки. Было очень душно. Стояло настоящее марево. Дымка была настолько плотной, что верхушки дальних деревьев были едва видны. Северус медленно брёл, бездумно пиная камешки под ногами. Ему было скучно. Впрочем, сидеть в своей комнате на втором этаже под раскалившейся за утро крышей было ещё тоскливее. Поэтому он был рад, что его всё-таки отпустили погулять до обеда.

Он шёл, рассматривая траву и мелких бабочек, которые вспархивали и улетали, стоило ему только приблизиться. И Северус отрешённо думал о том, что зря он не прихватил с собой банку. Тогда, по крайней мере, можно было бы попытаться поймать одну из них и поиграть с ней.

Внезапно его внимание привлекла какая-то возня. Он поднял голову и осмотрелся, но не увидел никого. Звук повторился и шёл он от большого мусорного бака у дороги. Северус нахмурился и приблизился к баку.

— Эй, — шёпотом позвал он, но ему никто не ответил. Зато звук тут же прекратился.

Северус осторожно обошёл бак и облегчённо вздохнул. За железным контейнером стоял большой кремового цвета пёс и потрошил старую диванную подушку, которую кто-то выбросил. Северус улыбнулся и подошёл ближе.

— Привет, — вежливо поздоровался он, хоть и знал, что пёс ему не ответит.

Пёс поднял голову, посмотрел на мальчика блестящими чёрными глазами и, как показалось Северусу, даже улыбнулся, высунув розовый язык.