«Что же им от меня-то нужно?» подумала она, пытаясь собрать в кучу разбегающиеся после электрошока мысли. Она повела плечами и тут же застонала от боли: Борисыч, намотав ее волосы себе на руку, с силой дернул за них.

— Ручками не дергай, сука, — ласково произнес он ей на ухо, и Ольга почувствовала по голосу, что он улыбается.

Перешагнув высокий порог, все они, повернув налево, прошли нешироким коридором и, еще раз повернув, оказались в большой комнате.

Обстановка комнаты была странной, и Ольга, обежав ее несколько раз глазами, вспомнила рассказы Светланы про Феллини и его съемочную площадку. Примерно на сорока квадратных метрах были созданы несколько разных интерьеров. Прямо напротив входа, у окна, закрытого жалюзи, — двуспальная кровать под пестрым покрывалом, перед ней — журнальный столик со стеклянной столешницей. Налево в углу — стойка бара: сзади — полки с бутылками, впереди — высокие табуреты. Налево, ближе к двери — большой диван, перед ним — еще один стол и опять — крышка стеклянная. Направо — стена, до половины высоты выложенная белой плиткой, полы — тоже в плитке, только бежевой. На плиточном полу, ровно посередине — слив, по сторонам от него — металлическое кресло с брезентовым сиденьем и металлическая кушетка, вроде тех, на которые так неприятно смотреть в больницах. Рядом с ними невысокий столик — крышка накрыта белой салфеткой, ножки у него тоже из металла. Между ними на стене — эмалированная раковина со смесителем.

По стенам и на потолке комнаты на специальных штативах висело несколько видеокамер. Их было не меньше десяти, а то и побольше, Ольга не считала. Везде по комнате стояли мощные осветительные приборы. Слева от входной двери на стеллажах стояли в три ряда мониторы. Впечатление от всего увиденного было немного жутковатым.

Введя своих пленниц, мужчины занялись каждый своим делом. Сергей стал нацеливать прожекторы на угол с медицинским интерьером, а Борисыч, вынув из кармана радиотелефон, набрал номер. Почти сразу ему ответили. Поглядывая, как готовит оборудование его напарник, Борисыч негромко начал разговор:

— Привет, Юрок! Где шляешься? Это Григорий… Все о’-кейно, даже лучше… Помнишь, я говорил про парочку, что в прошлый раз помешала Светку привезти?.. Ну да!.. Эта телка тоже здесь, сама выскочила, когда я Светку отключил, ну и ее захватили — не пропадать же добру!.. А они вместе были! Да… Да… А может, и ее для комплекта? Почему? Ну, как знаешь… Ну все, все… Изменений нет? Усе ясно, шеф! — спародировал он под конец Лелика из «Бриллиантовой руки», отключил радиотелефон и, отойдя, положил трубку на ближний журнальный столик.

— Короче, Серый! — Борисыч почесал за ухом. — Юрок говорит, работать пока только со Светкой, как решили. Эту оставим до завтра — он сам приедет и сочинит что-нибудь. Еще он опять нудел про тени — не лоханись, как в прошлый раз… Твою мать! — неожиданно озверел Борисыч. — Нашел кинооператоров! Самому влом сюда переться, а я должен вые…ться! Все подготовил, что ли? — закончил он уже спокойнее.

— Вроде, — ответил Сергей и достал сигарету.

— Там кури! — ткнул пальцем на дверь Борисыч.

Сергей вышел из комнаты, но далеко не ушел: запах от его сигареты ощущался совсем рядом.

Ольга со Светланой так и продолжали стоять у двери, где их оставили, внимания на них не обращали, будто они были деталью обстановки. Светлана сперва негромко, а потом все слышнее начала подвывать. Похоже, была на грани истерики. Ольга чувствовала себя не лучше, но, почти с первых же секунд предполагая угрожающее развитие ситуации, она не переставая думала об освобождении. Однако шок полностью еще не прошел, и она лишь решила, что живой этим козлам не достанется. О подробностях не думала. Время придет все само получится.

Борисыч начал бродить по комнате, заглядывая во все углы, осматривая кровать и диван. Наконец он не выдержал:

— Серега! Где пульт, твою мать?

— У меня, Борисыч! — Сергей зашел, зажав в одной руке сигарету, другой протягивая напарнику пульт дистанционного управления.

— А я ищу. — Борисыч взял пульт и принялся нажимать кнопки.

Сергей снова вышел.

Зажглись экраны мониторов, на них появились изображения разных частей комнаты.

— Кто вы такие и какого черта… — начала Ольга, но закончить не сумела.

Борисыч подскочил к ней и с размаху ударил ногой в живот. Ольга успела чуть отстраниться и податься назад. Всей силы удара ей не досталось, но она все равно упала на бок. Сразу же резкой болью отозвался локоть, принявший на себя всю тяжесть падения. Не успокаиваясь, Борисыч пнул ее два раза в грудь.

— Рот раззявишь, когда я разрешу! Поняла, сучка?! — яростно заорал он.

Вошел Сергей и взял его за плечо:

— Успокойся, фотокарточку попортишь. Она свое еще получит.

— Убери грабки! — Борисыч сбросил его руку, пнул лежащую Ольгу еще раз, но все-таки отошел, злобно ворча и сплевывая.

Светлана завыла громче, слезы текли у нее по лицу буквально ручьями, она вся тряслась и от страха начала громко икать.

— Светка, да ты что? — с веселым недоумением спросил у нее Сергей.

Он приобнял ее и чмокнул в щеку. Светлана завыла в полный голос. Сергей прикрыл ей ладонью рот и издевательски погрозил пальцем:

— Успокойся, дуреха, или я тебя поругаю! — проговорил он с сюсюкающими интонациями, словно разговаривал с маленьким ребенком.

Светлана закивала и действительно завыла тише.