Корделия, совсем недавно введенная Регулусом в их компанию, немного смущалась среди почти незнакомых людей, но, кажется, уже успела проникнуться к ним симпатией - особенно охотно она общалась со Сьюзан.

Случайно поймав взгляд Ремуса, Лили грустно вздохнула: из них только он по-прежнему был одинок. Конечно, друзья всегда были рядом - в этом отношении со школы ничего не изменилось - но друзья, даже такие, не могут заменить семьи. Джеймс и Сириус регулярно пытались познакомить Рема с какой-нибудь девушкой, но он шарахался от всех представительниц прекрасного пола как от огня. Все-таки Ремус перебарщивал со своим кредо «Я опасен для окружающих», но они пока ничего не могли с этим поделать.

Лили тепло всем улыбнулась - эти люди стали для нее по-настоящему родными.

* * *

16 мая 1986 года

Старинный особняк на площади Гриммо встрепенулся и ожил от звонкого детского голоса, будто серебряный колокольчик, звеневшего то тут, то там:

– Бабушка, а это что? Бабушка, а это для чего? Бабушка!

– Неугомонная девчонка!
– сердито ворчала миссис Блэк, не поспевавшая за внучкой.
– Вся в отца!

И ведь не поспоришь с этим утверждением: Милисента была очень похожа на Сириуса - и внешностью, и характером - от Марлин ей достались только пышные каштановые волосы.

Сириус на слова матери хмыкнул и подмигнул Марлин. Та в ответ широко улыбнулась, слегка покачивая на руках сына - кажется, умей он ходить, немедленно бросился бы следом за сестрой.

Демонстрируемое миссис Блэк раздражение было все-таки слишком наиграно, чтобы ему поверить: веселая и шумная Милли буквально веревки вила из бабушки.

Вальбурга впервые позволила «грязнокровке» появиться в своем доме. Перелом случился после того, как Милли невинно поинтересовалась, почему бабушка никогда не приглашает их в гости. Зная Вальбургу, подобное приглашение можно было считать подвигом с ее стороны. И вот пока Милли носилась вокруг, словно метеор, Марлин с интересом изучала дом, в котором вырос Сириус. В результате она пришла к выводу, что жить здесь не хотела бы: особняк был роскошным, словно королевский дворец, но каким-то мрачноватым и неуютным. Оставалось надеяться, что когда Регулус женится, Корделия сможет вдохнуть сюда хоть немного тепла.

Вдруг откуда-то со стороны столовой раздался отчаянный визг и сразу за ним полный ужаса крик:

– Мама! Папа!

Марлин с Сириусом одновременно бросились к дочери, которая и сама уже неслась им навстречу. Сириус подхватил ее на руки, и она изо всех сил вцепилась в него, спрятав лицо на плече.

– Что такое, принцесса?
– Сириус ласково погладил Милли по голове, обменявшись с женой встревоженным взглядом.

– Там… там… - не оборачиваясь, Милли махнула рукой в сторону лестницы.

А там и правда было нечто невообразимое: расширившимися глазами Марлин смотрела на лестницу, украшением которой служили… головы домашних эльфов. Сириус беззвучно выругался.

– Совсем забыл про них! Давно уже надо было убрать.

– Что это?
– спросила все еще пребывавшая в шоке Марлин.

– «Гениальная» идея тетушки Элладоры - награда за верную службу, - Сириус невесело усмехнулся.
– Я сам в детстве боялся их до полусмерти.

При этих словах Вальбурга посмотрела на сына несколько виновато, но ничего не сказала. Сириус, достав палочку, что-то пробормотал, и головы исчезли; после чего он принялся утешать перепуганную дочь:

– Ну, все, все, моя хорошая, успокойся. Там больше нет ничего.

Милли неуверенно повернулась, на всякий случай, по-прежнему прижимаясь к отцу, и облегченно выдохнула. Убедившись, что все в порядке, она немедленно соскользнула с рук Сириуса на пол. Вальбурга, кажется, и сама испугалась реакции внучки, но ее испуг вылился в сердитое:

– Я же говорила тебе, Милисента: не убегай! Не будешь слушаться, может и похуже что случиться!

– Мама!
– возмутился Сириус.
– Прекрати ее запугивать!

Но Милли уже не слышала - тут же обо всем забыв, она умчалась дальше.

– Ее запугаешь!
– проворчала миссис Блэк.

Словно в подтверждение ее слов, со второго этажа донесся восхищенный голос:

– Ух ты! Бабушка, а это кто?

И в ответ оскорбленное:

– Меня зовут Финеас Найджелус Блэк. Следовало бы получше знать своих предков, юная леди!

Сириус с Марлин дружно фыркнули, Вальбурга закатила глаза, а малыш Эдвин что-то залепетал и потянулся вслед убежавшей сестре, словно призывая мать последовать за ней.

* * *

Лето 1990 года

– Итак, мы с вами находимся в Тинтэджеле, где когда-то жил Мерлин, - Ремус весело осмотрел восхищенные мордашки детей, завороженно внимавших ему, приоткрыв рты.

– Да, Рем был прав - педагогика его призвание, - тихонько прокомментировал Джеймс.

Сириус согласно кивнул.

Корнуолл, где находилось столь славное место, был родиной Ремуса, и рассказывать о местных достопримечательностях он мог часами. А главнейшей достопримечательностью этого графства был Тинтэджел, где находился когда-то замок короля Артура и пещера Мерлина. Согласовав свои очень разные выходные, они всей толпой выбрались сюда отдохнуть. Не было только Регулуса и Корделии, сыновья которых - Эридан и Денеб, одного и двух лет, соответственно - были слишком малы для подобных путешествий. И Ремус взялся быть гидом по знакомым с детства местам.