– Не имеет значения, - я не стал отрицать очевидного. Панси хвостом таскалась за мной с первого класса, и уже научилась разбираться в моих эмоциях.

Затушив сигарету, я поднялся и начал одеваться.

Паркинсон, как всегда не просила меня остаться. Как всегда, проводила до двери и дождалась, пока я аппарирую. Но я, против обыкновения, отправился не домой. Переместившись в темный проулок, я достал из кармана небольшой пузырек с зельем. Опустил туда волос неплохо выглядящего маггла (на всякий случай, перед походом в подобные заведения, я старался менять внешность), выпил половину мгновенно вспенившейся жидкости, переждал несколько минут, пока все части тела выкручивало болью, и вышел на свет.

Пересек улицу, спустился в полуподвальный бар и почти сразу увидел симпатичного парня, расслабленно стоящего у стойки и с ленцой оглядывающего помещение. Узкое худое лицо, черные как смоль волосы, забранные в конский хвост, стройная фигура… Он тоже окинул меня заинтересованным взглядом и усмехнулся, подняв брови, когда наши взгляды столкнулись.

Я подошел, жестом подозвал бармена и, сделав заказ, повернулся к парню, уже буквально пожиравшему меня глазами. Внешность для личины я выбрал на редкость привлекательную.

– Скажи… - негромко произнес я, наклоняясь к его уху и касаясь мочки концом языка.
– Ты такой же надменный, когда тебя привязывают к кровати, или нет?

Глава 10.

Неожиданно оказалось встретиться первого сентября на могиле Снейпа именно с хорьком. Вот уж кого бы я никогда не заподозрил в излишней сентиментальности, так это Драко Малфоя.

Однако, смотри же ты… И на могилу пришел, и даже цветы оставил - две бледно-розовые лилии.

Открытие, что Малфой, оказывается, иногда может быть не только расчетливым самодовольным ублюдком, меня несколько потрясло. И, видимо, выражение лица у меня было достаточно красноречивым, потому что это заметил даже Рон.

– Ты чего какой пришибленный?
– поинтересовался он, когда я аппарировал на лужайку перед Норой. Друг ждал меня, уже переодевшись в старую квиддичную форму - первое сентября мы решили отметить встречей с бывшими однокурсниками, товарищеским квиддичем и сандвичами на свежем воздухе, благо погода позволяла.

– Да так… - я неопределенно качнул головой.
– Малфоя встретил.

– Что он на этот раз выкинул, Гарри?
– раздался звонкий голос, и на крыльце появилась улыбающаяся Гермиона. Непринужденно помахивая палочкой, она левитировала перед собой огромную корзину, наполненную снедью. Играть в квиддич Гермиона никогда не умела, да и не горела желанием научиться, но пропустить встречу школьных друзей, конечно же, не могла.

– Да ничего, - отмахнулся я, не зная, как объяснить друзьям, что один вид хорька начинает меня немного нервировать.
– Неважно, пойдемте лучше!

Я удобнее закинул на плечо чехол с метлой, и мы зашагали по мягкой изумрудной траве.

Погода стояла совсем летняя, день выдался на удивление знойный, и уже через полчаса от начала игры я почувствовал, что форма липнет к разгоряченному телу. Мы играли ввосьмером - я, Рон, Невилл и Симус в одной команде, а Дин, Эрни Макмиллан, Майкл Корнер и Джастин Финч-Флетчли в другой. Девушки, даже Падма Патил, на шестом курсе состоявшая в сборной Когтеврана по квиддичу, играть категорически отказались, и просто наблюдали, сидя на расстеленной скатерти и болтая о чем-то своем.

Но, несмотря на жару и пыль, я снова был в воздухе и от всей души наслаждался полетом - пусть даже мы и играли без ловцов и снитча, и мне приходилось то носиться с квоффлом, то охранять самодельные ворота.

На секунду даже мелькнула мысль, что, может быть, я был и не прав, когда отказывался играть за сборную. Это, уж точно, было бы куда интереснее, чем сидеть и заполнять бесчисленные отчеты, которым, казалось, никогда не наступит конец.

Я не отдавал себе отчета, насколько за последний год мне этого не хватало - полета, бьющего в лицо ветра, который трепал волосы и обветривал кожу, жесткой ручки метлы, стиснутой пальцами. Как я так долго без этого жил? Как мог забыть, что значит - взмывать в небо?

Домой я возвращался уже глубоким вечером - уставший, мечтающий понежиться в ванной, несмотря на тщательно наложенные очищающие заклятья, и, впервые за последнее время - умиротворенный. Я был уверен, что смогу заснуть даже без зелья, и, я точно знал - сегодня кошмары мне сниться не станут.

Но, стоило мне войти домой, как взгляд тут же натолкнулся на письмо, лежащее на столике в вестибюле. Подписи не было, но не узнать тонкий летящий почерк было невозможно - слишком часто мне в Хогвартсе прилетали записки, написанные им.

Чувствуя, что сердце, вопреки всяческой логике, забилось чаще, я торопливо сорвал сургучную печать и пробежался взглядом по ровным строчкам.

«Хотелось бы поздороваться, Поттер, но, пока я старался написать приветствие, мне несколько раз свело пальцы, и я решил, что не судьба. Я бы хотел посмотреть на свое наследство. Пятница, вечер, тебя устроит? Д. М.»

Я фыркнул. В короткой записке и витиеватом вензеле, которым заканчивалось послание, был весь Малфой - читая, я очень хорошо представил надменное лицо хорька и холодный насмешливый тон.