Мерлин, помоги мне… Сейчас бы я согласился еще раз сразиться с Волдемортом, да хоть со всей его армией - только чтобы не нужно было спускаться вниз и смотреть на презрительную гримасу на лице Малфоя. В то, что она там будет, я даже не сомневался - несмотря на прошедшую ночь и на шаткое перемирие, установившееся между нами после войны, он вряд ли упустит шанс в очередной раз меня задеть.

Пока я шел через коридор второго этажа и спускался вниз, я понял, что, пожалуй, совсем ничего не знаю о личности Драко Малфоя - кроме, разве что, того, что он избалованный наследник богатого рода и в свое время выбрал не ту сторону на войне. Дом, в котором на данный момент жил Драко, был совсем не похож на памятное мне поместье. Мебель, конечно, вся сплошь была либо старинная, либо из цельного дерева, выполненная под старину - но светлая, так же, как пол и стены. Огромные окна обрамляли невесомые занавеси, а шторы, присобранные с боков и тяжелыми складками падающие на пол, цветом напоминали туманное небо. В отличие от мрачного мэнора, комнаты этого особняка полнились светом, воздухом. Здесь не было того уюта, которым отличалась Нора или дом на площади Гриммо, не было ни пушистых ковров, ни плюшевых диванов - все увиденные мной стулья и диванчики обтягивал блестящий шелк, - да и вообще комнаты больше напоминали музейные залы, чем жилые помещения, однако в доме Драко Малфоя, неожиданно оказалось приятно находиться.

Уюта не было - но вместо него присутствовала та странная атмосфера, которая бывает в горах в погожий день. Ощущение простора и свободы. Наверное, после почти двух лет службы Темному Лорду, Драко это ощущение было очень нужно.

Гримаса на лице Малфоя, когда я вошел в гостиную, и правда, оказалась. Правда, тонкие губы кривились не в презрении, а усмешке, отражавшейся и в чуть прищуренных глазах - но этого хватило, чтобы я окончательно и бесповоротно раздумал извиняться.

– Итак, - лениво сказал хорек, откладывая в сторону газету и поднимаясь из глубокого кресла.
– Спящая красавица проснулась. Как спалось? Кошмары не мучали? Утро откровений закончилось, или все же осталось еще что-нибудь животрепещущее, чем бы тебе хотелось поделиться?

– Даже не думай вывести меня из себя, Малфой, - сквозь зубы процедил я, доставая палочку.
– То, что я тут наговорил несколько часов назад…

– О, это было весьма увлекательно, - ухмыльнулся, перебив меня, Драко. В несколько шагов он пересек комнату и встал передо мной, застыв на расстоянии ярда.
– Хочешь что-то добавить? Или сразу применишь обливиэйт, и дело с концом?

– Мгм, - невнятно промычал я, не зная, что ответить на откровенные издевки Малфоя. Он знал, что ставит меня своими словами в неловкое положение, и с удовольствием пользовался этим знанием, совсем не боясь нарваться на мой кулак или проклятие - за школьные годы он уже выучил, до какого предела я просто бешусь, а после какого бросаюсь в драку. Твердо решив не поддаваться на провокации, я досчитал до пяти и, придав лицу как можно более спокойное выражение, сказал, словно бы между прочим: - Ну, раз уж так вышло, что мое мнение о… вчерашнем, ты знаешь, могу ли я поинтересоваться твоим?

– Поинтересоваться, конечно, тебе никто не запретит, - протянул Драко.
– Только с чего ты взял, что я тебе отвечу?

– Во-первых, ты до сих пор меня не выгнал. Во-вторых, предоставил для сна гостевую комнату.

– Я не прощу себе этого до конца жизни.

– Не перебивай. И, в-третьих, вчера ночью кричал не я один, - после утреннего инцидента я уже не старался выбирать выражения и нес первое, что пришло в голову. Оказалось не так уж и страшно, как мнилось раньше - хотя, может быть, потому, что терять мне было уже нечего.

Надеясь, что Малфой не заметит, я украдкой вытер о джинсы вспотевшие ладони.

Впрочем, Малфою сейчас было не до моих ладоней - он, похоже, не был готов к такому повороту разговора. Полагаю, хорек ждал либо извинений, либо продолжения истерики, либо смущенного бормотания - однако я не мог себе позволить еще одной порции унижений.

Но соображал Драко быстро. А двигался еще быстрее.

Полтора стремительных шага - и я почувствовал слабый запах горьковатого малфоевского одеколона. Секундой позже холодные жесткие пальцы сжали мой подбородок; поцелуй, последовавший за этим, оказался под стать этому скупому движению - ни намека на нежность и ласку.

– Это - не отношения, Поттер, - тихо сказал Малфой, когда, наконец, оторвался от моих губ.
– И даже не дружба.

– Упаси Мерлин, - фыркнул я.
– Но если ты расскажешь хоть кому-нибудь, клянусь, я найду тебя даже на краю света.

Глава 15

При свете дня Поттер смущался еще больше, чем ночью - хотя, казалось бы, после вчерашнего вряд ли на его теле осталось место, которого бы я не видел. На несколько секунд я показался себе старым развратником, забавляющимся с молоденькой девочкой - если, конечно, у молоденьких девочек бывает такое жесткое, жилистое тело квиддичного игрока. И если девочка сможет так сильно, почти до хруста в ребрах, прижать меня к себе, кончая.

– Синяки оставишь… - прошипел я, выползая из захвата и принимая более-менее комфортное положение, которое только мог обеспечить диван в гостиной, занятый Поттером.

– Экскуро, - Поттер, не глядя на меня, дотянулся до палочки и теперь сосредоточенно накладывал очищающие чары. На скулах у него расцвел румянец, и он таким неловким, стесненным движением сдвинул колени, закрывая от моего обзора пах, что, не будь я уверен в обратном, решил бы, что еще пару минут назад подо мной стонал и едва ли не рычал совсем другой человек.

Каково, интересно, Поттеру понимать, что он занимается сексом со своим бывшим школьным врагом, и получает от этого удовольствие? Несмотря на его кажущееся спокойствие, думаю, принять этот факт ему было не так уж и легко.

С другой стороны, он же гриффиндорец - а у них стойкость к неожиданным переменам в жизни, наверное, передается через Распределяющую шляпу в момент оглашения факультета.

Я призвал сигареты и закурил. Поттер, чуть помедлив, присоединился ко мне, и какое-то время мы дымили, выравнивая дыхание и успокаиваясь.