Размышляя об этом, Гарри вдруг обнаружил, что стоит посреди огромной, парадно украшенной залы. Сон ещё не кончился. Но до чего же странно... Какое отношение он имеет к тому сну, который Гарри видел только что? Люди, находящиеся в этой зале, раскланивались и расступались перед ним. «С возвращением, ваше величество!» «Ваше величество?!» Гарри шёл по зале, отвечая на многочисленные приветствия. Человек, идущий рядом с ним, оказался Снэйпом. А по другую руку от него шествовали Драко и Люциус Малфой. Что бы это значило?

– Поттер, с вами всё в порядке?

Гарри, усиленно моргая, поднял голову, и увидел перед собой взволнованное лицо Минервы МакГонагалл.

– Да, профессор, - пробормотал он немного ошарашенно.

Остальные уже проснулись. У одних был совершенно обалдевший вид. Другие глупо улыбались. Кого-то трясло. Драко сидел неестественно прямо, и лицо у него горело, как маков цвет. Рон и Гермиона обменивались загадочными знаками. Гарри потряс головой, пытаясь согнать с себя сонливость.

«Вот они, шутки подсознания. Но это какая-то ерунда. Допустим, можно поверить тому, что я втайне мечтаю быть простым магглом. Почему бы нет. После всего... Весьма верятно. Но этот второй сон? Получается, вторая половина меня, независимо от первой, мечтает стать великим магом? Они называли меня «Ваше величество». Но... Получается... Нет. Это не мой сон. Это сон Волдеморта!»

У Гарри всё перевернулось внутри, и он услышал свой собственный дрожащий голос:

– Профессор Снэйп! А можно увидеть два сна?

Снэйп смерил его взглядом.

– Вполне.

– Но эти два сна абсолютно не связаны между с собой.

– И такое возможно, - тихо произнёс Снэйп.

– Мне тоже приснилось два сна, - робко сказала Лаванда.

– Вот видите, - ещё тише проговорил мастер зелий.
– Спасибо за помощь, Минерва.

– Я больше не нужна?

– Думаю, нет.

Профессор МакГонагалл попрощалась с обоими классами и вышла из аудитории, напоследок одарив Гарри подозрительным взглядом.

«Слава Богу, она не может знать того, что мне приснилось! И никто не может... Никому не расскажу... Разве что... Может быть Снэйпу. Но и ему - вряд ли. Он снова скажет «Опять вы паникуете без повода, Поттер...» Не хочу больше слышать его сожаления по поводу о том, что я не Волдеморт».

Всё ещё пребывая в недоумении от увиденного во сне, Гарри с трудом сообразил, что Рон что-то спрашивает у него.

– А?

– Такое впечатление, что ты увидел что-то ужасное.

Гарри рассеянно посмотрел на Уизли.

– Нет. Я бы не сказал. Просто очень противоречиво и непонятно. Один сон полностью опровергал другой.

– Да?
– взгляд у Рона был подозрительный.

– Да. А ты в своём сне, похоже, разобрался, да?

– Там всё было очень ясно.

– Понимаю.

Гарри было не очень-то интересно узнать, что увидел во сне Рон. Какая, собственно, разница.

«У Рона теперь своя жизнь, и эта жизнь меня не касается».

– До конца занятия ещё полчаса, и это время...

Оба класса замерли в мучительном ожидании.

– ...я использую на то, чтобы разобрать некоторые вопросы, которые будут включены в семестровый зачёт

Ученики тихонько выдохнули.

Снэйп помолчал с секунду и добавил:

– Разнообразия ради, проведём устный опрос. Заодно сэкономим ваше и моё время.

Видимо, на этот раз реакция обоих классов профессора вполне удовлетворила, и он, как ни в чём не бывало, повернулся к доске.

~* ~

Тренировка в четверг, девятого декабря, закончилась самым неожиданным образом. Через полчаса после начала к Снэйпу прилетела сова, и профессор, сказав, что ему надо немедленно вернуться, отправил обоих мальчиков в замок.

Гарри и Драко, слегка раздосадованные подобным поворотом дел, зашли к Хагриду, чтобы оставить свои мётлы, и побрели к замку.

– Чем займёмся?

Гарри пожал плечами.

– А какие предложения?

– Ну... Можно выпить и забраться в постель, - Драко говорил таким тоном, словно это было каким-то надоевшим, но необходимым ритуалом.

Гарри заметил, что после похорон Люциуса слизеринец слегка охладел к их постельным утехам, но зато начал относиться к нему намного теплее, чем раньше. Сказать по правде, Гарри эти перемены пришлись по нраву. Лучше иметь друга, чем просто любовника. Всё-таки друг может быть и любовником тоже. А вот любовник другом - далеко не всегда.

Вообще, последние перемены в его жизни были приятными. И виноват в этом был - страшно подумать!
– Северус Снэйп. Гарри не мог понять, как такое могло случиться, но их отношения на самом деле претерпели значительные изменения. После того, как Снэйп разбудил его в день проверки эликсира, всё встало с ног на голову. Профессор начал относиться к нему по-другому. Как-то... мягче? Теплее? Гарри не знал, чем это объяснить, но в конце концов решил не искать никаких объяснений и просто наслаждался тем, что Снэйп готов его выслушать, ответить на вопросы или дать совет. Они наконец-то разговаривали. РАЗГОВАРИВАЛИ. И Снэйп не цедил слова сквозь зубы с недовольным видом. Вот уже пару недель после тренировок они с Драко пили чай в кабинете у Снэйпа. Иногда к ним присоединялись Люпин и миссис Маршалл. Гарри наконец-то получил возможность приглядеться к ней внимательнее и сообразил, кого напоминала ему учительница - Эмили, у которой они жили летом. Конечно, миссис Маршалл была очень умная, но абсолютно не разбиралась в квиддиче, и, разумеется, не могла принимать участия в обсуждении этого вопроса.