– Мама видела?
– одними губами спросил Гарри.

– Да, - просто ответил Снэйп.
– И она поняла, что я смог расшифровать послание рун и узнал её подлинную миссию. О женщине, чей сын должен уничтожить Волдеморта, среди Упивающихся ходили легенды. Мой отец был среди тех, кто много лет безуспешно пытался узнать её имя. Но его убили до того, как Упивающимся стало известно, кто она.

– Мои родители жили в вашем доме, - тихо сказал Гарри.
– Как же…

– Да. Только, став фантомом, он не мог покинуть пределы Гардинер-Парка и сообщить Волдеморту о том, где находятся Поттеры… Впрочем, после того, как Тёмный Лорд избавился от него, мой неупокоившийся родитель больше не горел желанием исполнить свой долг… - Снэйп помолчал немного.
– На самом деле, я пребывал в сомнениях относительно миссии Лили. Упивающиеся искали чистокровную волшебницу, а Лили Эванс считалась магглорождённой. Но скоро я узнал о её происхождении, отрабатывая взыскание в школьном архиве. Было и ещё кое-что, подтвердившее мои догадки… Но сейчас это уже не столь важно. Сама Лили рассказала мне всю правду, после вашего рождения, когда она и Джеймс скрывались в Гардинер-Парке.

Снэйп провёл ладонью по лицу, словно стирая следы воспоминаний. Когда он заговорил, его тон изменился и зазвучал почти торжественно.

– Я отдал двадцать четыре года жизни, чтобы оказаться рядом с вами. И ещё десять лет, чтобы сохранить вам жизнь. Я принял решение, избрал цель и посвятил этой цели всю свою жизнь. Скоро всё закончится. И я получу то, что заработал.

– Вы уверены?

Снэйп криво улыбнулся и ответил убедительным кивком.

– Но как?
– спросил Гарри.
– Ведь если я не захочу подчиняться…

– О, вы ошибаетесь, думая, что я жажду подчинить вас своей воле, - отозвался Снэйп.
– Мои желания намного скромнее. Ваша сила разрушительна, власть безгранична. Не найдётся мага, который был бы способен противостоять вам. И, зная вас и ваш дурацкий характер, Поттер, я ещё много лет назад понял, что должен каким-то образом обезопасить себя. В мои планы вовсе не входило, чтобы вы в меня влюбились, Мерлин сохрани! Я и без этого не знал, как решить свои проблемы. Но ваши чувства - хотя они по-прежнему вызывают у меня сомнения - тем не менее, значительно облегчили мою задачу. Согласитесь, я оказался в сложном положении. Даже если бы у нас с вами были просто хорошие отношения, без всяких крайностей, вряд ли я смог бы получить возможность влить в вас свою кровь и поставить метку. Но так случилось, что вы сами попросили меня об этом. Бесспорно, как маг, я во много раз слабее вас. И тем не менее, несмотря на ваше могущество, у вас никогда не будет надо мной полной власти.

Гарри показалось, что на него рушится мир. В одно мгновение он понял всё и сразу: насколько огромна и разрушительна мощь его магии, и каким он был дураком, не понимая настоящих мотивов поведения Снэйпа... Получается, всё это только ради того, чтобы защититься от магии? Всё это? Столько лет?

– Вы хотели узнать причину, Поттер, - спокойно сказал Снэйп.
– Теперь вы её знаете.

– Значит, когда моя мама попросила вас позаботиться обо мне, вы согласились только поэтому?
– невыразительным голосом спросил Гарри.

– Отчасти да, - мягко ответил мастер зелий.
– Вам было предначертано слишком великое будущее, чтобы я отказался от предложения Лили стать вашим опекуном.

– Должно быть, вам было невероятно трудно, - сказал Гарри. У него появилось странное ощущение, словно всё происходящее - сон: звуки уплывали куда-то, чувства притупились, тело сделалось непослушным, голова наполнилась стеклянным звоном.

– Да, Поттер. Признаюсь, по молодости лет я был готов неоднократно наплевать на магию крови и все магические клятвы. Поверьте, я сумел бы избежать расплаты. В то время клятвы для меня значили крайне мало - я был молод не знал их реальной цены. Магическая клятва - это не заклинание. Она не выветривается со временем, а только становится сильнее и опаснее для человека, связавшего себя этой клятвой. Я поклялся вашей матери. Я был самонадеян, молод и - да, увлечён ею. Мне казалось, что справиться с обещанием не составит труда.

Гарри посмотрел на него. Лицо мастера зелий было удивительно спокойно, почти безмятежно. Гарри ещё ни разу не приходилось видеть у него такого выражения. Как у человека, который всю жизнь следовал законам и жил в ладах со своей совестью.

– Неоднократно я хотел отказаться от своей клятвы. Держать данное слово было очень трудно. В Азкабане я почти произнёс слова отказа. И если бы Дамблдор не явился так вовремя и не отправил меня в больницу, всё сложилось бы иначе.

– Дамблдор, - шёпотом повторил Гарри.
– Я был частью вашего плана. А вы частью его плана. Так?

– Главный план Дамблдора - мир в магическом сообществе, - с тенью снисходительной улыбки сказал Снэйп.
– Что бы про него не говорили, он никогда не искал власти ради власти. Дамблдор хочет только одного: чтобы волшебники перестали уничтожать друг друга. Он не желал начинать новую эру с убийства Мальчика-Спасшего-Мир. Все эти годы ваша магическая связь с Тёмным Лордом была очевидна, и только абсолютный тупица мог не догадаться, к чему это приведёт. Конечно же, Дамблдор знает, что вы такое. Но в то же время он знает, что вы по-прежнему Гарри Поттер и останетесь им до своего последнего вздоха.

Гарри вдруг перестало хватать воздуха, и он расстегнул пуговицу на воротнике рубашки.

– Почему же вы всё-таки не отказались от клятвы, пока была возможность?
– одними губами спросил он.

– Я потратил лучшие годы жизни на одного могущественного мага, ушедшего в небытие и не успевшего воздать мне по заслугам. И я твёрдо решил, что не растеряюсь во время его второго пришествия.

Их взгляды встретились.

– Вас можно поздравить, сэр, - Гаррин голос срывался, несмотря на все старания говорить спокойно.