– Просто катастрофа, - простонала Молли.
– Наш долг извиниться перед Северусом за ЭТО.

– Он сейчас поднимется, - сухо сказала профессор МакГонагалл.

Гарри почувствовал, как кровь отхлынула от лица. Он умоляюще поглядел на своего декана, но суровая дама неотрывно смотрела на боковую дверь, ведущую в подземелье.

– Возмутительная история, - изрёк Перси.
– Мы должны добиться закрытия этой радиостанции. Это позор для всей семьи!

Гарри поймал взгляд Билла. Потом посмотрел на Чарли. «Ну конечно. Им смешно. А мне что делать? Наверняка Снэйп сейчас разговаривает с кем-нибудь из правления школы. И если у Снэйпа из-за этой катавасии будут неприятности, то лучше сразу пойти и собрать вещи». Гарри опустил голову и начал считать. Лучше так, чем стоять и мучаться, гадая, каким будет приговор.

Дверь распахнулась, и в холле возник Снэйп. Все обернулись к нему. Все, кроме Гарри.

– Сегодня что, день открытых дверей?
– спросил он ничего не выражающим голосом, кивая Уизли в знак приветствия.

Билл и Чарли постарались придать лицам серьёзные выражения, но Гарри даже с пьяных глаз видел, что они не очень-то стараются выглядеть удручёнными. Хорошо, что Молли не до них сейчас... Судя по всему, Персиваля в эту секунду посетили те же мысли, поэтому он быстро обогнул старших братьев и встал перед Снэйпом.

– Здравствуйте, профессор!
– произнёс Перси таким голосом, будто Снэйп был неизлечимо болен.

– Северус! Это просто ужас. Я не знаю, что сказать... Боже мой!
– Кажется, у миссис Уизли больше не было сил, чтобы гневаться.

«Всё-таки близнецы её добили. И я им чертовски в этом помог!»

– Надеюсь, что впредь нам не придётся вспоминать об этом недоразумении, уважаемая миссис Уизли, - сдержанно отозвался Снэйп.

«Неужели пронесло?!» Гарри осмелился поднять голову и заметил на бледных щеках Снэйпа яркие пятна. А ещё на виске у него сильно билась жилка. Но тем не менее, учитель выглядел так, словно ничего не произошло.

– Если всё уже разъяснилось, то мне бы хотелось дезаппарировать, - устало произнёс Артур.
– Мне в самом деле необходимо быть в Министерстве. Я ушёл с заседания.

– Заодно захвати с собой коллег, - отозвался Снэйп с кривой улыбкой.
– Горран сейчас придёт. Он, кажется, пошёл навестить дочь.

Гарри похолодел. Горран? Чёрт возьми. Горран стоял во главе школьного правления и считался одним из самых консервативных людей колдовского мира Великобритании. В прошлом году благодаря ему Министерство приняло новый закон об усилении мер наказания для преподавателей, вступивших в интимную связь с учащимися. Теперь не имело значения, была ли связь по обоюдному желанию, исполнилось ли ученику шестнадцати лет, и будет ли его семья обращаться в суд. Неуставные отношения между преподавателями и учащимися теперь считались преступлением без смягчающих обстоятельств и карались уже не увольнением без права преподавать, а заключением в Азкабан. Даже родители учеников считали, что это уже чересчур, но закон приняли. Наверное, из-за войны. «И я, зная всё это, так подставил Снэйпа... Драко прав, чёрт его побери... Я до сих пор гвоздь сезона... Среди придурков».

– Что они использовали?
– профессор МакГонагалл встревоженно смотрела на Снэйпа.

– Веритас, - ответил Снэйп, слегка скривившись.
– Один раз.

Гарри по себе знал, что это за штука. Это было весьма болезненное заклинание, действие которого использовали, чтобы быстро узнать ответ на конкретно поставленный вопрос. Слава Мерлину, что Снэйпа не заставили пить веритасерум... Впрочем, веритасерум требовался для длительных дознаний, а правление сейчас интересовал лишь один вопрос. И Снэйп на него ответил. Боже. «Что он теперь со мной сделает? А почему ты раньше об этом не подумал, идиот?!»

– Мне кажется, что нам всем сейчас не помешает чашка чая, - проговорила Минерва МакГонагалл и посмотрела на семейство Уизли.

Но Чарли и Билл отказались, сославшись на то, что им нужно возвращаться к делам, и едва Горран с коллегами из правления появились в холле, все они отправились в Хогсмед, чтобы оттуда дезаппарировать в Министерство. А вот Перси и Молли на чай согласились, и судя по их лицам, они рассчитывали не только на чай, но и на что-нибудь покрепче. Судя по виду миссис Уизли, ей вообще было бы лучше принять что-то из запасов мадам Помфри - какое-нибудь сильное успокоительное, к примеру.

– Северус, присоединишься к нам?
– спросила профессор МакГонагалл, встревоженно глядя на Снэйпа. Гарри подумал, что она не зря так обеспокоена. Если Снэйп задастся мыслью отомстить, то Гриффиндору в этом году крышка.

– Да, спасибо, - медленно ответил декан Слизерина.
– Я приду. Мне только нужно сказать несколько слов мистеру Поттеру.

Профессор МакГонагалл кивнула и повела миссис Уизли и Перси наверх. А Снэйп, не говоря ни слова, схватил Гарри за шиворот и потащил за собой. Каким чудом гриффиндорцу удалось не грохнуться на лестнице - одному Мерлину известно. Ноги плохо слушались своего владельца, и Гарри едва поспевал за учителем.

Пока они спускались в подземелье, Гарри даже не задумывался над тем, куда Снэйп его ведёт. Алкоголь уже во всю гулял в крови, и гриффиндорцу всё было безразлично. Как сказали бы проклятые близнецы, «фиолетово». Примерно в таких тонах Гарри и воспринимал сейчас мир. Мелькнула мысль, что надо было получше поесть за обедом, тогда бы вино не подействовало так сильно... И так не вовремя...

Снэйп достал палочку и ткнул ею в стену. И тут только Гарри сообразил, что стоит на пороге собственной комнаты. Надо же... «Интересно, Снэйп думает, что я не нашёл бы дорогу сам? Между прочим, не так уж я и пьян... Хотя наверняка он уже понял, что я..»