– Я не уверен, что смогу без змеи… - неуверенно ответил гриффиндорец.

– Нет ничего проще, Поттер!
– Забини направил палочку на стол.
– Serpensortia!

Из кончика палочки появилась небольшая тёмно-коричневая змея, которая несколько секунд настороженно оглядывалась, а затем вдруг громко затрещала погремушкой на хвосте.

– Давай, Поттер, поговори с ней!
– приказным тоном предложила Паркинсон, ухмыляясь.

Гарри растерянно посмотрел на Малфоя, но тот лишь кивнул в сторону змеи. Однако брюнету почему-то стало легче. Он наклонился к змее, сосредоточился и прошипел:

– Привет!

Змея мгновенно перестала трясти погремушкой.

– Человек говорит на Иссстинном языке?
– Гарри мог поклясться, что ответное шипение рептилии выражало крайнюю степень изумления.

– Да, и он приветствует тебя!
– гриффиндорец понятия не имел, как нужно разговаривать со змеями, но попытался быть как можно более вежливым.

– И что же он хочет от меня?
– спросила змея не мигая, вглядываясь в глаза Гарри.

– Мне очень хочется рассмотреть твою замечательную погремушку, но я боюсь причинить тебе боль своей неосторожностью, - Поттеру пришла в голову неожиданная идея, - так что, может быть, ты сама мне её покажешь?
– спросил он и осторожно протянул руку.

Некоторое время змея обдумывала его слова, и Гарри уже было испугался, что она откажется, но тут клубок её тела зашевелился, и под изумлёнными взглядами слизеринцев на ладонь гриффиндорца осторожно легла тёпловатая кожистая погремушка. Брюнет осторожно погладил её и чешуйки хвоста.

– Что будет, когда заклинание перестанет действовать?
– тихо спросил он, обращаясь к Забини.

– Ничего не будет, - слизеринец равнодушно пожал плечами, - это заклинание просто вызывает змею из какой-нибудь Африки. Сейчас я её уберу, - он занёс палочку.

Нехорошее предчувствие шевельнулось в душе Гарри и он поспешно спросил:

– Вернёшь обратно?

– Нет, конечно!
– Забини презрительно посмотрел на него.

– Тогда не надо!
– резко сказал гриффиндорец и прошипел на серпентаго.
– Ползи сюда, я накормлю тебя.

Змея почти радостно обвила протянутую руку, прижимаясь к горячей коже.

– Зря ты не догадался договориться с василиском, - сказал Малфой, - это ж какая понтовая домашняя зверушка вышла бы! Возможно, мы с отцом даже купили бы его у тебя.

– Да ладно, Драко, - сказала вдруг Панси неожиданно дружелюбно, - у вас, Малфоев, и так понтов выше крыши и без ручного василиска.

– А ты можешь приказать ей, чтобы она не кусалась?
– спросил молчавший до сих пор Нотт.

– Попробую… - Гарри объяснил змее, что её никто не обидит, попросил никого не жалить и спросил разрешения погладить.

– Можете аккуратно её потрогать, - объявил он.

Первый, как ни странно, к змее прикоснулся Малфой. Глядя на него, и остальные слизеринцы, кроме Паркинсон и Трейси Девис, по очереди провели пальцами по блестящей чешуе.

– Фу, Поттер, всякая мерзость к тебе так и липнет, - ядовито проговорила Панси, глядя, как рептилия покрепче обвилась вокруг левой руки гриффиндорца, - Что змеи, что грязнокровки, что всякие рыжие ублюдки…

Гарри встал так резко, что стол, за которым они сидели, отлетел в сторону.

– Странно тогда, что ко мне не липнешь ты, Паркинсон, - яростно прошипел он.
– Ведь большей мерзости во всём Хогвартсе не сыщешь! Да что там в Хогвартсе - во всей Англии!
– и брюнет, резко развернувшись, бросился вон из подземелий.

Воцарилось молчание. Драко ленивым жестом сгрёб со стола Временной Артефакт и с удовлетворением отметил, что он показывает превышение нормы примерно на пятнадцать минут.

– Всё-таки с* * а ты, Панси, - сказал он, широко улыбаясь, и, попрощавшись со всеми, пошёл догонять разъярённого гриффиндорца.

* * *

Гарри нёсся вверх по лестнице, прижимая к себе змею и вслух понося слизеринцев на все лады. Задыхаясь от быстрого бега по крутым высоким ступеням, он ввалился в уже почти родную светло-зелёную комнату и плюхнулся на диван, упёршись локтями в колени и спрятав лицо в ладони. Змея осторожно скользнула ему за пазуху, но парень не придал этому значения. Так его и нашёл Драко.

– Не могу поверить, что ты не был готов к подобному, - сказал он, садясь рядом с гриффиндорцем, - Я вот, хотя и угрожал им всеми правдами и неправдами, был уверен, что Панси не упустит своего.

Гарри мрачно посмотрел на Малфоя и замер, глядя в серые, искрящиеся глаза. За минувшие две недели они так привыкли смотреть друг на друга в упор, что блондин даже не подумал отвести взгляд. И вдруг мир исчез. Остались только наполненные всполохами зелёные омуты. Он будто окунулся в них, чувствуя всю обиду, злость, унижение брюнета и невольно разгоняя эти эмоции своей уверенностью в их неуместности.