Практически не замечая веса слизеринца, Гарри бегом бросился к коттеджу, в котором оставил вещи. Стремительно ворвавшись в дом, он почти осторожно поставил Драко на пол и тут же снова прижал слизеринца к стене.

Нетерпеливая ладонь легла ему на пах, и Малфой со стоном вцепился зубами в нежное местечко в основании шеи гриффиндорца. Ему хотелось кусаться, царапаться, разорвать мешающую одежду, лишь бы только Гарри поскорее сделал то, чего так жаждет его тело. Остро чувствуя это дикое, почти животное желание любимого, Поттер недолго думая развернул Драко к стене, быстро провёл пальцами по боковинам брюк и рванул их вниз. Просунув одну руку между гостеприимно расставленных стройных ног, он с нажимом погладил бархатистую кожу яичек и обхватил ноющий от напряжения член, одновременно лихорадочно ища что-то другой рукой у себя в кармане.

Драко не видел этих манипуляций, весь его мир сейчас заключался в неспешных ласках умелой ладони. Но вот Гарри убрал руку, вызвав протестующий всхлип, но уже через несколько секунд глаза слизеринца расширились от удивления и некоторого беспокойства: Малфой почувствовал, как ко входу в его тело очень настойчиво прижимается твёрдая плоть.

«Без подготовки??» - пронзила сознание паническая мысль.

– Доверься мне… - шепнул в ответ Поттер и слегка подался вперёд.

Его член был чем-то смазан, и головка легко скользнула внутрь. Драко приготовился было уже взвизгнуть от неминуемой боли, но почувствовал только, как его мышцы, плотно сжимающие горячую плоть, сами собой расслабляются, а напряжение уходит, оставляя только ничуть не угасшее дикое желание. Гарри, внимательно следивший за ощущениями Партнёра и готовый в любой момент утянуть его сознание в своё или просто покинуть неготовое его принять тело, облегчённо вздохнул и двинулся дальше. На всякий случай он делал это медленно, так медленно, что обезумевший от желания Драко в конце концов резко дёрнулся назад и сам насадился на его член. Маленькая искорка внезапной боли утонула в ослепительной вспышке удовольствия, когда твердокаменная плоть прошлась точно по простате. Любовники захлебнулись этим ощущением, которое делили на двоих, и Гарри двинулся назад, желая как можно быстрее повторить его. И ещё. И ещё! Они уже не понимали, где чьи ощущения. Гарри иногда казалось, что на самом деле это его тело сейчас таранит этот восхитительно упругий, горячий член, а Драко был готов поклясться, что это его плоть всё быстрее и быстрее скользит внутри жаркой узкой глубины, дарящей каждому нерву такое количество удовольствия, что с губ рвался самый настоящий крик. Но очень быстро способность хоть как-то разграничивать эмоции пропала без вести, а ощущения сплелись в один пульсирующий комок.

Гарри положил руки на узкие бёдра слизеринца, дергая его на себя в такт своим движениям.

– О боже, да!
– выкрикнул он, чувствуя, что его вот-вот утянет в пучину оргазма.

– Оооо, Гааааарри… - простонал Малфой, и его хриплый, полный сладкой муки голос стал последней каплей для гриффиндорца.

Когда первые судороги чужого наслаждения пронзили его сознание, Драко тоже не выдержал. Сила двойного оргазма оказалась настолько мощной, что Партнёры не устояли на ногах, одновременно рухнув на колени, умудрившись, однако, не разорвать контакт бьющихся в экстазе тел…

Малфой опёрся одной рукой на стену, тяжело дыша и буквально собирая сознание из осколков. Поттер же просто без сил повалился на него, уткнувшись носом в шею Партнёра.

– Боже, наконец-то!
– простонал он, обретя способность говорить.

Драко улыбнулся, повернул голову и прошептал:

– Добро пожаловать домой, Гарри…

* * *

Несколько часов спустя, лёжа в постели, до которой они всё же добрались, в поттеровских объятиях, Драко поинтересовался:

– Почему мне не было больно, когда ты вошёл в меня со всей дури без всякого растягивания?

Гарри хмыкнул.

– Расслабляющее Зелье из твоего набора, - пояснил он.
– Хорошая штука, ты не находишь?

– Очень даже… - согласился Малфой и зевнул.

Он попытался прижаться к гриффиндорцу потеснее, выяснил, что теснее уже некуда и закрыл было глаза, как в дверь постучали.

– Кто это?
– спросил мгновенно напрягшийся Поттер.

– Тот, кому жизнь явно надоела, - недобро прищурился Драко.

Он нехотя вылез из кровати, натянул брюки и поплёлся открывать.

– Дерек?
– злость улетучилась, уступая место удивлению: уж кто-кто, а Милторн казался достаточно сообразительным, чтобы понимать, что Малфой сейчас ооооочень занят.

– Прости, пожалуйста, это не моя идея… - виновато потупился мальчик.
– Я ей говорил, что ты точно не обрадуешься, но разве Делакур убедишь?

– Да скажи уже, в чём дело!
– поторопил парнишку слизеринец.

– Короче, вместо ужина сегодня будет праздничная вечеринка в честь воссоединения Пар, - выдал Дерек, усмехаясь.
– Меня, как единственного, кого ты почти наверняка не убьёшь сразу после открытия двери, послали вам это передать.

– Вот б* * * ь!
– выругался Драко, чувствуя, как тихий вечер вдвоём с любимым медленно, но верно проваливается в тартарары.
– А если мы просто не придём?
– понимая, что надежда призрачна, не мог не поинтересоваться он.

– Тогда она, скорее всего, придёт вас уговаривать сама, - ухмыльнулся Милторн.
– А вообще-то гляньте-ка свою Инструкцию, она вроде как одобрила идею и сказала всем быть.

– Даааа?
– задумчиво протянул Драко.
– Сейчас гляну! Спасибо, Дерек.

Он распрощался с мальчиком и вихрем пронёсся обратно в спальню, по пути сметая Инструкцию со стола.

– Одобрил идею, значит, да, Арчи?
– прошипел он.
– А о нас с Гарри подумать? И вообще, почему он приехал только в обед, в то время как Крам тут был уже в одиннадцать утра??

– Как в одиннадцать?
– потрясённо вскрикнул Поттер, садясь на кровати.
– Мне он сказал, что вы тренируетесь, и я не должен вас отвлекать!

Партнёры недобро переглянулись и в один голос прорычали: