Под восхищенными взглядами курсантов Фантомас еще несколько раз продемонстрировал появление и исчезновение «Шилка», после чего проговорил:

– Сейчас я выдам вам ваши бластеры. Это учебные модели, во избежание несчастных случаев плазменный режим в них системно заблокирован. В начале каждого занятия будете получать их у меня, в конце – сдавать. Вынос оружия – даже учебного – за пределы полигона строго запрещен. Учтите это. Ну а теперь подходите по одному. Курсант Голицын!..

К ужину количество баллов в активе Ивана почти удвоилось: лингвист нард Флой отметил его активность на своем уроке еще восемью, итого стало – семнадцать. Это позволило Голицыну сразу перепрыгнуть через один стол – теперь его место было за третьим с конца. А вот у его товарищей по делегации дела шли не столь гладко. Глеб хотя и сохранил место за привилегированным столом, переместился в личном зачете с первой позиции на третью, а Пашка Хохлов, несмотря на пятнадцать набранных сегодня баллов, и вовсе лишился права на атласную скатерть, пропустив вперед какого-то китайца.

В негласном соревновании команд американцы, правда, несколько сбавили ход, позволив россиянам и японцам приблизиться к себе почти вплотную, но зато идущая первой китайская делегация лишь увеличила свой отрыв от преследователей.

Поставив поднос на стол, Иван поискал глазами Эмму Маклеуд, но девушки пока видно не было. Интересно все-таки, сколько у нее баллов? Голицын повернулся к табло, но столпившиеся перед ним курсанты заслоняли головами все строчки ниже двадцать пятой – в том числе и его собственную, двадцать седьмую. Несколько секунд Иван помедлил, раздумывая, не стоит ли вернуться и уточнить, но потом махнул рукой и опустился на стул. Так или иначе, через несколько минут все прояснится.

В ожидании сигнала к началу ужина Голицын принялся оглядывать зал. Из российской делегации он по-прежнему занимал худшую позицию: ближайший из товарищей – Меньшиков – сидел за соседним столом, остальные занимали еще более престижные места. Переведя взгляд в противоположную сторону, Иван заметил своих вчерашних соседей. Американец Грант и немец Фриц так и оставались среди записных аутсайдеров, а японец Танака и индус с непроизносимым именем сделали по шагу вперед. Эмма пока так и не подошла.

Между тем стал заполняться и его новый стол. Первыми подошли два индуса – оба в смешных тюрбанах, сразу за ними – американец, и чуть позже – девушка-европейка. Судя по всему, все они были между собой уже неплохо знакомы – возможно, сидели вместе еще вчера, потому что между ними сразу же завязался довольно оживленный разговор. На Голицына, удостоенного слабыми кивками, поглядывали без неприязни, но и без особого интереса – как на случайного попутчика. Иван решил пока платить им той же монетой.

– Привет всем! – знакомый звонкий голосок, раздавшийся над ухом, едва не заставил Голицына подскочить на месте.

Поднос Эммы лег на стол рядом с его.

– Здравствуйте, Иван! – персонально поприветствовала Голицына девушка, присаживаясь. – Я смотрю, вас можно поздравить?

– Как и вас, – рот курсанта помимо его воли расплылся в широкой, чуть глуповатой улыбке. – Очень рад вас видеть, Эмма!

– Уже познакомились с нашими новыми соседями? – спросила Маклеуд.

Иван промычал что-то неопределенное.

– Я – Эмма Маклеуд! – провозгласила девушка, обращаясь к остальным. А вас как зовут?

В течение ближайших секунд выяснилось, что имя американца – Тед Гор, европейки – Сандра Бринк, индусов – Сварам Сингх и Далджит Сингх.

– Вы что, братья? – тут же поинтересовалась у последних Эмма.

– Нет, – покачал головой Сварам. – Мы сикхи.

Оба синхронно продемонстрировали девушке стальные браслеты на правой руке.

– И что? – не поняла Эмма.

– Сикхи – это такая религиозная группа в Индии, – вступила в разговор Сандра Бринк. – У них всех одна и та же фамилия – Сингх, что в переводе означает «лев», они обязательно носят чалму и такой вот стальной браслет на руке. Так требует их закон.

– Браслет? – переспросила Эмма. – А разве правила Школы не запрещают ношение ювелирных украшений во время занятий? Меня вот, например, сережки заставили снять, – отведя с уха прядь волос, она продемонстрировала дырку в мочке.

– Браслет – не украшение, – на не очень хорошем английском гордо проговорил Далджит. – Воины не носят украшений. Браслет – это напоминание о том, что я – сикх. Каждый раз, глядя на браслет, я должен спросить себя: достойно ли сикха то, что я делаю сейчас?

– Все сикхи – воины, – продолжил Сварам. – Костяк нашей армии и флота – в основном сикхи.