– Не знаю, - односложно ответил муж, рождая в его душе ярость.

Через минуту парень уже нависал над ним, сердито сверкая глазами, и вопрошал:

– Что не так?

Хотя Северус прекрасно понял, что его взбесило, но выгнул брови в деланном изумлении.

– Мы словно танцуем над пропастью!
– выкрикнул Гарри и повторил: - Что не так?

Северус некоторое время колебался, затем заставил его сесть к себе на колени, прижал к груди и выдохнул в его растрепанную макушку:

– Мы просто боимся предательства. Оба.

Плечи мальчика поникли, и он попытался вскочить. Мужчина удержал его силой и тихо произнес:

– Не стоит.

Черные глаза поймали зеленые в плен, и губы слились в поцелуе. Когда воздух кончился, Гарри сказал в ключицу мужа:

– Я попробую.

– Вот и умница, - улыбнулся Северус уголками губ, поцеловал его в макушку и разомкнул руки, позволяя подняться.

«Мерлин, почему так сложно?» - мелькнула одинаковая мысль, но ответа пока не нашлось. Пару мгновений оба ждали, что последует дальше. Затем Гарри кинулся в атаку, целуя и раздевая мужа. Северус перехватил инициативу, и вскоре мальчик в его руках снова был податливой игрушкой, с которой можно было делать все, что захочешь.

«Гарри, мой Гарри, - мысленно обратился к нему мужчина.
– Что значит твое поведение: полная капитуляция или просто уступка, доверие или расчет, что так проще меня подчинить?» От таких рассуждений секс отдавал горечью, но был, как всегда, великолепен. Так хотелось опять шептать глупости, говорить о любви, но Северус стиснул зубы. Ему хватило неловкого пробуждения, он не будет это повторять!

Оргазма они достигли одновременно и еще долго ласкали друг друга, затем впервые приняли совместный душ и оделись. На этот раз было гораздо легче, но пара поспешила покинуть место, принесшее им неловкость. Наверху отгорал следующий день, но никто не поинтересовался у них, где они пропадали, то ли не заметив отсутствия, то ли не найдя смелости на подобные вопросы.

Ночью пара спала, а утром включилась в обычный распорядок школы, всеми силами стараясь доказать друг другу и самим себе, что ничего не случилось. Через несколько дней Северус и Гарри, в самом деле, пришли в норму и перестали украдкой поглядывать на реакцию другого. Плотина недоверия была прорвана, и им оставалось научиться вести себя в новых обстоятельствах. А это требовало времени.

Глава 38. Святочный бал

Незадолго до зимних каникул Бартемиус Крауч, главный судья Турнира трех волшебников, объявил, что в Хогвартсе будет проведен бал в честь соревнования и содружества школ.

– Чемпионы должны отнестись к этому мероприятию, как к дополнительному заданию турнира. Им предстоит выбрать достойную партнершу и открыть бал. Мы, конечно, не будем ставить оценки, как вы вальсируете, но учтем этот факт, если победа будет спорной, - сказал он в заключении.

Гарри пришел в откровенный ужас от его слов. Мало того, что ему совершенно не хотелось иметь дело с какой-то девчонкой («Как ее выбрать и не станет ли она выказывать мне претензии после бала?» - недоумевал он), так еще он совершенно не умел танцевать. Да и где ему было учиться, если большую часть своей жизни парень провел в мужском обществе.

– Я научу тебя, - успокоил его Северус.
– Моя мать была из очень знатного, чистокровного рода. Когда они с отцом умерли, меня взяли к себе ее родители. Бабка очень старалась привить мне аристократичные манеры и добивалась этого всеми способами. Так что я умею вальсировать, быть галантным и говорить комплименты, правда, не люблю всего этого.

Так как на корабле для танцев не было места, то они тренировались в заброшенной аудитории, находящейся в подземельях Хогвартса, недалеко от класса зелий. При одном из таких занятий их застукал Слизнорт.

– Жаль, вы не бываете на моих вечерах. Ваша пара стала бы украшением встречи, несмотря на одинаковый пол танцующих.

– Вы возобновили работу Клуба Слизней?
– поинтересовался Северус.
– Кто теперь входит в него?

– Не менее одаренные ученики, чем в ваше время, - заверил Гораций.
– Есть знаменитые фамилии: Малфой, Гринграсс, Голстейн. Их таланты, как вы понимаете, передаются из поколения в поколение. Но есть и новые имена. Например, Гермиона Грейнжер, маглорожденная гриффиндорка, не менее яркая находка, какой в свое время была Лили Эванс. Так что, вы придете в очередной четверг?

– Подумаем, - обещал Снейп. Когда же они остались с мужем вдвоем, предложил: - Может, в самом деле, посетим это собрание? Ты бы присмотрелся там к девицам, попробовал бы танцевать с кем-нибудь из них?

– Что это за клуб такой, в котором, судя по всему, когда-то состоял и ты, и моя мама?
– для начала спросил Гарри.

– В основном, в него входят те, кто показал себя на зельеварении. Но так же Слизнорт приглашает на свои вечера знаменитостей. Ты, например, непременно пополнишь его коллекцию, и я не удивлюсь, если увижу там Виктора Крама, хотя он довольно слаб в зельях.