К обеду выглянуло солнышко, и блэкджек Скорпиуса начал вытягивать шеи, тоскливо поглядывая в узкие стрельчатые окошки по обе стороны от входной двери. Гарри сдался и отпустил детей на двадцать минут пораньше. Большая часть подготовишек вприпрыжку помчалась на пляж, и только усердная любопытная Эмма с новообретенным другом отправились в библиотеку за книгами о магических созданиях. Их интересовали повадки и обычаи драконов.

Над кронами деревьев сияла радуга, одним концом упиравшаяся в воду, на стеблях травы искрились не успевшие высохнуть дождевые капли. Гарри склонился к полурастоптанному дождевому червю, слабо извивавшемуся на плитках дорожки, поднял его и перенес через низкий бордюр.

– Не можете пройти даже мимо червяка?
– бесшумно подошедший сзади Скорпиус засунул ладони за пояс своих бермуд и ухмыльнулся.

– Я встречал слишком много магов, которым убить человека было также легко, как прихлопнуть муху, - Гарри сдержался, не став добавлять: «поинтересуйся у своего деда, как ему работалось в пыточной бригаде».

Прошлое лучше оставить в прошлом. Отряхнув руки, он добавил:

– Твоя «Русалочка» почти в полном составе на пляже. Присматривай за ними… Как твоя спина?

– Лучше. А чем у нас занимается инструктор по плаванию и по совместительству спасатель?
– ершисто спросил Скорпиус, покачиваясь с пятки на носок.

Гарри бросил взгляд в сторону озера. Брукс, устроившись на своем насесте, потягивал минералку прямо из бутылки. Часть детей бултыхалась у берега, многие заплыли подальше - хорошо, что здесь мелководье, нужно долго идти, чтобы вода поднялась до уровня груди, - а один чересчур шустрый пловец добрался до линии буйков и уцепился за красный металлический конус.

Только на троих купальщиках были надеты оранжевые спасательные жилеты.

– Сидит на своем посту, - сказал Гарри.
– Невысоко сидит и недалеко глядит. Глянь, Генри Коулман уже на буйке катается. Вот-вот русалкой себя возомнит и поплывет дальше.

– Что за неуемный пацан, - процедил Скорпиус, срываясь с места.
– Вечная головная боль!

Пробежав шагов пять, он остановился и обернулся к Главному аврору.

– Вы не узнали, чей это плот?

– Узнаю - скажу, - не слишком охотно пообещал Гарри.
– Ты напомнил своим, чтобы языки не распускали?

Скорпиус фыркнул:

– Я рассказал, что будет, если нарушить магическую клятву. Ночью прилетит серебряная иголка и зашьет болтуну рот черной ниткой.

– Здоров ты сочинять, - Гарри улыбнулся уголками губ.
– И они поверили?

– А то!
– важно сказал шеф первого отряда.
– Я умею быть убедительным, если очень нужно.

Окинув Гарри наглым оценивающим взглядом - будто фамилиара себе в магазине выбирал или фаворита, на которого решил поставить на гиппогрифьих гонках, - он развернулся на пятках и умчался, разбрызгивая лужи.

Проводив его глазами, - ну волчонок же, игривый, зубастый, озорной быстроногий волчонок, - Гарри отправился в номер. До обеда он там будет один.

Подключил смартфон к одной из розеток в холле (электричество давали с двенадцати до часу дня, мадам Мур экономила топливо для генератора), поднялся к себе, наложил запирающее на двери и заглушающее. Полчаса ему с лихвой хватит, чтобы позаботиться о своих физиологических потребностях. Гарри расправил снятую мантию, повесил ее в шкаф и покачал головой, глядя на скомканную одежду, засунутую на полки как попало, словно второпях. Сразу видно человека, с детства привыкшего помыкать домовыми эльфами. И как только Скорпиус здесь научился сам себе задницу подтирать?

Представив Малфоя в душе, скользящего намыленными ладонями по обгоревшей коже, Гарри судорожно вздохнул. Спать с волчонком он не собирался - будь Скорпиус магглом, и встреться они в каком-нибудь баре, можно было расслабиться. Но Скорпиус маг, более того, он Малфой и работает с Гарри в лагере, где их окружают полусотня пар любопытных глаз и ушей.

И если он и дальше будет раздеваться и расхаживать голышом, Гарри его просто пришьет.

Наложит сонные чары и пришьет одеяло к матрасу. Так, чтобы только голова снаружи торчала.

Будут Малфою тогда и черная нитка, и серебряная иголка.

* * *

Заметив приближающуюся к причалу лодку с четырьмя пассажирами на борту и рулевым, Гарри понял, что недооценил профессиональную солидарность служителей пера и бумаги. По чью душу они сюда приплыли, можно было не спрашивать. К счастью, в лагере как раз был тихий час - Гарри собрался окунуться, испробовать холодную даже в самом разгаре лета водицу, тут гости и припожаловали.

– Лови конец!
– гаркнул здоровенный, похожий на пирата детина в пестром платке.