Сердитый невыспавшийся Скорпиус (уснули они с Гарри часа в три, когда сил не осталось не то что на секс, а даже на легкие ласки, потому что после полуночи пришлось устанавливать Исчезательный шкаф вместе с Поттером и волонтерами из Фонда помощи магглорожденным, а Малфой просто не мог себе позволить пройти мимо такого развлечения) погнал своих соплохвостиков бегать вокруг корпуса и вместо привычного легкого дождика промочил их настоящим ливнем до нитки. Заслужив, само собой, возмущенные вопли подопечных.

Впрочем, после переодевания и умывания дело пошло на лад - малыши прекратили визжать и суетиться, чинно отправившись в столовую. Мрачный Скорпиус плюхнулся на свое привычное место за столом, отметил угрюмые лица Брукса и Барлоу, огрызнулся на Бранну, забравшую у него из-под носа сливочник. И только после этого сообразил, что просто нервничает.

Он хорошо знал, что застрять можно не только в камине. Исчезательный шкаф тоже не был идеальным способом перемещения в пространстве. И хотя Малфой не сомневался - его работа сто раз перепроверена самыми опытными работниками Министерства и Отдела Тайн, механизм отлажен и работает не хуже хогвартских часов, никаких сбоев быть не может в принципе - все равно боялся.

А может быть, причина была еще и в том, что именно с помощью Исчезательного шкафа когда-то очень давно, за девять лет до рождения Скорпиуса, его папа провел в Хогвартс убийц. И теперь подсознание Малфоя разъедал нелепый страх - что, если магия вещей решит отомстить? И он застрянет где-то между «здесь» и «там», растянутый в пространстве на многие мили между Шотландскими горами и Лондоном, бессильный и беспомощный…

Наверное, Гарри догадался о смятении, царившем в душе Скорпиуса. Улучил момент, когда тот сбежал от прихорашивающихся перед встречей с родителями соплохвостиков в рододендроновую рощу, притиснул к корявому стволу, поцеловал - жадно и жарко.

– Все будет хорошо, волчок, не нервничай.

– Угу, - Скорпиус на мгновение прижался своей щекой к щеке Гарри.
– Я знаю. Просто не по себе немного.

Может быть, он и поделился бы своими опасениями с Гарри, будь они хоть немного обоснованы. Но Скорпиус прекрасно понимал - его тревога не более, чем детский страх перед темными углами большой комнаты, где нет ничего страшнее пыли и сверчков.

– За Тиной пригляди, - попросил Поттер, отстраняясь и внимательно вглядываясь в глаза Малфоя.
– Есть у меня подозрение, что никто к девочке не приедет. Сделай так, чтобы она не чувствовала себя обделенной.

– Ну ты что, - Скорпиус даже нахмурился от такого предположения.
– Неужели думаешь, что я допущу чтобы девочка бродила по Атриуму одна.

* * *

Перемещение прошло превосходно. Детей переправляли группами по пять человек в сопровождении воспитателя, и уже на втором заходе Скорпиус перестал тревожиться - Шкафы работали прекрасно. За каких-то пятнадцать минут несколько десятков радостно визжащих мальчишек и девчонок оказались в объятиях счастливых родителей, и Малфой вздохнул с облегчением.

Взгромоздившись на бортик знаменитого фонтана Содружества он завертел головой, разыскивая в наводнившей Атриум толпе Гарри, и тут же наткнулся взглядом на маленькую фигурку, одиноко стоявшую справа от шкафа. К Тине Торсон, как и предполагал Поттер, никто не приехал.

Спрыгнув с бортика, Скорпиус решительно зашагал к девочке. Он готов был увидеть слезы, но она смотрел серьезно и спокойно.

– Мама, наверное, сегодня занята.

О психологии детского самообмана Скорпиусу рассказывали еще на первом курсе Академии. Ни один ребенок не в состоянии поверить, что мама и папа его не любят. А если поверит - значит, его психика обретает неисправимый перекос.

Скорпиус кивнул и протянул Тине руку.

– Конечно, занята. Но это не значит, что ты будешь сегодня скучать. Сейчас мы найдем мистера Поттера и мадам Мур, скажем им, что твоя мама не смогла приехать, и пойдем вместе погуляем по Лондону. Ты ведь никогда не видела магический Лондон?

– Твоя мама тоже не приехала?
– Тина доверчиво вложила пальцы в ладонь Скорпиуса.
– Мне бы не хотелось отнимать у тебя время.

От этого сочетания наивности и какого-то очень взрослого нежелания помешать другим в их важных делах, у Малфоя на мгновение защипало в носу. Он вспомнил, как скучал в детстве по отцу, уезжавшему по делам бизнеса, как ждал его, прислушиваясь к треску каминного пламени в гостиной, каким счастьем было кинуться папе на шею, когда тот шагал из зеленого пламени на ковер, стряхивая с мантии сажу и пепел…

– Мое время сегодня принадлежит только тебе, - заверил он девочку.
– Пойдем искать начальство.

Конечно, он рассчитывал провести пару часов с Гарри, когда подопечные с родителями разбредутся до положенных шести часов вечера, и можно будет расслабиться. Но радостное нетерпение Тины и та ответственность, которую Скорпиус сейчас чувствовал, оказались намного весомее, чем возможность для торопливого секса в каком-нибудь пустом кабинете аврората или в комнатах, сдающихся на время в многочисленны крохотных гостиницах Косой аллеи. На мелькнувшее в глазах Гарри сожаление, Малфой ответил выразительным взглядом: «вечером!»