– Ты понимаешь, что он пытается убить меня, медленной мученической смертью?
– простонал Северус, когда Гарри вошел с подносом в комнату.
– Как я могу подняться с кровати, одеться или что-нибудь сделать, если это чертово тело не желает двигаться!

– Решил, что пора возмущаться?
– Гарри поставил поднос Северусу на колени. Северус схватил кусочек хлеба и метнул его в Гарри.

– Бесчувственный идиот. Где твоя знаменитая гриффиндорская сентиментальность, не говоря уже о твоем сочувствии всем и вся?

Гарри рассмеялся:

– Вспомни, Северус, никакой жалости. Ты же сам просил.

– Как мои больные пальцы могут сжимать вилку, объясни мне как? Он точно замаскированный Упивающийся Смертью, хитрый и пронырливый. Выясни, на каком факультете он учился в Хогвартсе. Я уверен он слизеринец!

Северус начал есть, тяжело вздыхая после каждого кусочка. Терапия Гранта совершенно очевидно улучшила его аппетит.

Гарри снова расхохотался.

– Да ладно тебе, Северус. Грант никакой не Упивающийся и даже не слизеринец. Он закончил Хафлпафф. Я попросил Рона проверить его досье, также как проверял Гиперицию. Он абсолютно чист. Он просто заставляет тебя напрягаться, пытаясь вернуть силу твоему телу. И надо сказать, терапия действительно намного эффективнее, чем та, что применяли магглы. Ты бы чувствовал себя намного хуже сейчас. И все же Грант предупреждал, что будет больно. Гипериция оставили кое-что для тебя, чтобы облегчить боль и помочь тебе заснуть.
– Гарри вытащил из кармана пузырек с зельем и прочитал надпись на этикетке.

– Здесь сказано, что необходимо принять не позднее, чем через тридцать минут после еды, для лучшего эффекта.

– Хмм, видимо, некоторые ингредиенты взаимодействуют с пищей, - задумчиво произнес Северус и начал есть более спокойно.
– Терапия действительно более эффективна, чем та, что я помню у магглов. Насколько я помню, прошло не меньше года, прежде чем я начал вставать и передвигаться. Я… иногда… черт, одни провалы, почти все время провалы в памяти, но все же….

– Продолжай, - попросил Гарри.

– Иногда память подбрасывает мне воспоминание о человеке. Я даже не могу вспомнить это место.
– Северус мрачно смотрел на пустую тарелку.

– Я немного знаю о том, что случилось с тобой в прошедшие семь лет; в каких больницах ты был, в пансионатах, в домах для умалишенных; почему бы тебе не рассказать мне побольше об этом?
– проговорил Гарри.

– Как так вышло, что на мои поиски у тебя ушло семь лет? Неужели найти меня было так трудно?
– спросил вместо ответа Северус.

– Я начал поиски только спустя два месяца после финальной битвы. Было трудно найти хоть какие-то следы. И каждый раз, когда, как мне казалось, я был на пути, чтобы найти тебя, ты исчезал. Я часто ждал, что ты неожиданно появишься в Хогвартсе, как ни в чем не бывало.

– Я отчаянно пытался сбежать, несколько раз. Но я был слишком слаб физически. Да и без палочки убежать далеко мне не удавалось. Они ловили меня и снова накачивали лекарствами. Весь первый год я провел практически в коматозном состоянии из-за количества усмиряющих препаратов, которые вкалывали мне. После того, как физиотерапия дала свои результаты, и я смог подняться и присмирел, понимая, что, не поправившись, сбежать мне не удастся. Они так долго держали меня на лекарствах, что иногда я не знал, кто я. Я был в отчаянье, когда, наконец, мне удалось вспомнить, что я волшебник, но они не хотели меня слушать. Когда же я начал настаивать, заявлять о себе, они позаботились о том, чтобы я забыл. И я забыл. Обо всем.

Гарри молча смотрел, как пальцы Снейпа непроизвольно сжимают край простыни.

– Каждый раз, когда они накачивали меня лекарствами, я просыпался уже в новом месте. Планы побега приходилось пересматривать. Если я не проявлял свой характер, меня оставляли в покое. Все было бесполезным. Я оставил попытки сбежать. Я пропал.

Гарри вытащил край простыни из рук Снейпа и взял его руки в свои ладони.

– Ты не пропал, я нашел тебя. Я не оставлял попыток найти. Я знал, что ты слишком упрямый, что бы так просто умереть.
– Гарри мягко, но настойчиво сжал руки.
– А теперь, пожалуйста, объясни мне, что там по поводу того человека, которого ты помнишь.

– Я… иногда… когда… Я не уверен, что эти воспоминания реальны. Иногда, сквозь забвение я видел лицо. Одно и то же лицо, в разных местах, когда меня перевозили в новую клинику. Мне действительно казалось, что я вижу кого-то, или мне это грезилось? Я не знаю.

– Ты узнал этого человека?
– спросил Гарри.

– Его лицо кажется мне очень знакомым, но я не могу вспомнить имя.

– Но это именно мужчина?

– Да. И если я когда-нибудь знал его, то он однозначно был моим врагом. Попытки вспомнить приводят лишь к головной боли. Почему он просто не убил меня?

– Может, он хотел заставить тебя страдать? Так, давай разберемся, кто в настоящее время заставляет тебя страдать?
– хохотнул Гарри. Снейп выдернул ладони из рук Гарри.

– Ладно, ладно, Северус. Я думаю, нам все же стоит и дальше хранить в тайне, где ты находишься.

Северус кивнул.

– По крайней мере, пока мой разум не перестанет подкидывать загадки. У меня все еще есть враги, и я не хочу появиться перед ними в столь уязвимом виде. Сохранить в тайне мое пребывание здесь мне кажется наилучшей идеей, тем более, мы не знаем, в какую игру мы ввязались.