– Гарри, дорогой, у тебя сейчас есть что-нибудь интересное?- спросила Молли, отчего Гарри едва не подавился тыквенным соком. Он и близко не терпел, чтобы с ним вели себя, как с ребёнком, но Молли, казалось, считала, что им всем так и осталось одиннадцать, если бы не Рон, разумеется. Бывший лучший друг сидел во главе стола, потягивая пиво и злобно глядя на других. Гарри внутренне сжался, наконец осознав, что Молли этим утром вела себя с ним точно так же - словно ему одиннадцать.

– Нет, ничего нет, всё то же самое, что и было, вы знаете, - криво улыбнулся он.

– Скучная старая аврорская работа,- съехидничал Рон.

Гарри поднял руку к груди, нащупывая пальцами спрятанное под рубашкой маленькое перо. Зайдя домой, чтобы переодеться, он несколько минут потратил на то, чтобы проделать в нём отверстие и продёрнуть красивую золотую цепочку. Он знал, носить перо Драко - слегка ненормально, но это несколько успокаивало его. Под толстым чёрным свитером оно было незаметно, но Джинни заметила движение.

– Гарри, всё в порядке?- спросила она.

– Как Гермиона, Гарри?- поинтересовался Рон на удивление спокойно.

Гарри удивлённо уставился на него. он спрашивал себя о том же самом, хотя совершенно по другим причинам, о которых Рон даже не подозревает.

– Я не знаю, я не видел её сегодня, только получил сообщение,- признался он.

– Что, влюблённые поссорились?- проворчал Рон.

– О чём это Рон, Гарри?- спросила Молли.- Как наша дорогая Гермиона? Я так по ней скучаю.

Рон резко, так, что едва не попадали стаканы, отодвинулся от стола. Молли неодобрительно посмотрела на него, но промолчала. Он впился глазами в Гарри.

– Рональд Уизли, ты не выйдешь из-за стола, пока я не подала пирог для Билли.

– Я не хочу никакого пирога.

– Тебе нужен пирог, болван,- мягко сказал Билл,- это подсластит твой характер.

– Мой характер, чёрт побери, великолепен!- пробормотал Рон. Гарри знал, кто и что может сказать, но Билл заставит Рона взбеситься.

– Да, ты - сама душа счастья и радости,- прошептал Джордж.

– С чего я должен быть счастливым и радостным, Джордж?- заорал Рон на брата. Лаура рядом с ним съёжилась, прежде, очевидно, не знакомая с подобными вспышками ярости Рона.

– Рон, ты обещал этим вечером не доставлять неприятностей!- завопила Джинни.

– Тогда не надо было приглашать его!- рявкнул Рон, дрожащим пальцем тыкая в Гарри.- Джинни, когда до твоей глупой головы дойдёт, что ты ему не нужна? У него теперь есть Гермиона!

– Хватит, Рон,- спокойно сказал Гарри, поднимаясь,- извини, Молли, мне не нужно было приходить. Спасибо за прглашение. Билл, счастливого дня рождения.

В кухне началось столпотворение. Молли просила Гарри не уходить, Артур кричал на Рона, Джинни вопила оскорбления, Джордж бросил в Рона некое подобие язвительных чар, вынудив брата взреветь и схватиться за палочку. Лаура кричала.

Гарри сбежал. Он только успел выскочить наружу, как Джинни поймала его за руку, чтобы не дать аппарировать.

– Гарри, подожди!- крикнула она.

Он помотал головой, вздрогнув, когда её пальцы впились в его опухшее запястье:

– Я так больше не могу, Джинни. Я больше не могу приходить сюда.Скажи своей маме, что она мила, что пригласила меня, но Рон меня ненавидит и я больше не могу это терпеть!

– Это не так, Гарри! Ты часть этой семьи!

– Я не часть этой семьи!

– Ладно, но ты мог ей быть!- настаивала она.

Терпение Гарри кончилось. Его достал Рон, его достала Джинни, его достали все, кто постоянно пытался сделать из него кого-то, кем он не был.

– Прекрати, Джинни! Прекрати! Когда ты перестанешь себя обманывать? Почему ты не можешь пинять, что между нами всё кончено?

Её голову кто-то словно с силой замотал из стороны в сторону:

– Ты не понимаешь, что ты говоришь, Гарри. Ты сказал, тебе нужно время, чтобы всё обдумать и всё расставить по своим местам.

– Я всё обдумал. Я всё обдумал как следует,- Гарри отошёл подальше от входа, на дорожку, магей очищенную от снега, хотя было уже заметно, что скоро её покроет новый слой.

– О, ты обдумал?- громко спросила она, торопясь следом,- и что ты решил, Гарри? Что тебе, в конце концов, нужна Гермиона Грейнджер?

Гарри притормозил и сердито посмотрел на неё:

– Это не имеет никакого отношения к Гермионе. Никакого! Это имеет отношение ко мне, Джинни. Ко мне! К тому, что я чувствую. Никто никогда не спрашивал, чего хочу я, все думали, что я буду делать то, чего от меня ждут.

– И поэтому ты был со мной?- спокойно спросила она,- потому что этого ждали?

Её мирный тон охладил его гнев. Гарри взерошил волосы - они были влажными от снега.