– Но профессор, разве не могло две или три сотни лет назад существовать больше магглорожденных волшебников, которых Министерство просто не обнаружило? Я имею в виду, я знаю, что маггловские газеты издаются давно, но ведь даже при этом не многие умели читать в то время, разве нет? Может быть, Министерству из-за этого было просто труднее их выявить?

Лестрандж поставил свою чашку, как будто думать и держать чай одновременно было невозможно.

– Знаешь, мне никогда не приходило такое в голову, хотя это кажется совершенно очевидным, правда?
– Мужчина нахмурился.
– Похоже, моей теории о предназначении самой магии нужна корректировка.

Гарри снова отхлебнул чаю - это был крепкий сорт, который отлично подходил к апельсиновым бисквитам.

– Предназначении, сэр?

– Моя теория заключается в том, что если так называемые чистокровные роды вырождаются, то магия находит себе новых носителей.

– Вырождаются?

Лестрандж взял бисквит, но было похоже, что ему интереснее играть с ним, нежели есть.

– Многие чистокровные семьи заводят все меньше и меньше детей. Не то, чтобы мы уже не наблюдали подобное с королевскими домами в старой Европе, конечно; волшебники не столь глупы, чтобы не понимать, что кровосмешение - заведомо проигрышная игра.

– Тогда почему чистокровные маги, такие как Фрост, так помешаны на своей чистокровности?

– Это больше связано с влиянием и положением в обществе, чем с магической силой или способностями, - объяснил Лестрандж.
– И хотя мы волшебники, мы все равно подвластны человеческой природе. Чистокровность - это лишь еще одно средство, которым пользуются некоторые, чтобы казаться лучше других.

– Даже когда они лгут об этом, - произнес Гарри, подумав о Волдеморте и Снейпе.

– Хм, теперь мне кажется, что ты что-то пропустил, Гарри.

– Извините. Задумался над ситуацией, в которой… - Он почувствовал, как начало сжиматься горло.
– Извините, я не могу говорить об этом.

Лестрандж кивнул.

– В любом случае, Гарри, я уверен, что ты давно уже сделал для себя вывод: даже самые чистокровные волшебники не всегда являются самыми сильными магами. Помниться, как-то ты упомянул, что сам полукровка, и могу ли я обратить внимание на тот факт, что твоя сегодняшняя выходка на поле была в высшей степени незаурядной.

– Вы уже говорили это.

– Сейчас это не похвала болельщика или простой факультетский энтузиазм.
– Лестрандж, наконец, прекратил играть с бисквитом и откусил от него. Чтобы крошки не сыпались ему на жилет, он склонился над столиком.
– Необходимость быстро соображать в таких условиях вкупе с обузданием неуправляемой силы довели бы многих волшебников до полусмерти еще к моменту падения на землю, и это только учитывая, что их манипуляции сработали бы и их не убило само столкновение. Только не говори, что такому обучают в Хогвартсе в будущем.

– Нет, сэр. Я… додумался до этого сам.

– Ты, должно быть, лучший в классе.

– Вообще-то, нет, - признался Гарри.

Лестрандж приподнял брови в удивлении.

– Как это?

– Ну, я… э-э… У меня есть первоочередные задачи, которые отвлекают все мое внимание, - уклончиво объяснил Гарри.
– Трудно сосредоточиться на учебе, когда… - «сумасшедший маньяк пытается убить тебя и всех твоих друзей», - так много забот и волнений.

Лестрандж кивнул, словно понял.

– Ясно. Значит, сие небольшое путешествие в нашу эпоху пошло тебе на пользу. Позволило раскрыть твой потенциал, что было невозможно в условиях той твоей жизни.

Гарри слегка выпрямился в кресле. Могло ли быть такое? Он действительно во многом поступал здесь иначе… Значит, скорее всего, так и было. «Может, все это странным образом часть пророчества, - предположил Гарри.
– Может, все, чему я здесь научусь, подготовит меня ко встречи с Волдемортом, когда придет время».

– Я… Я многое узнал… о себе, с тех пор как попал сюда, - произнес он вслух.

Лестрандж снова улыбнулся ему той заговорщицкой улыбкой.

– Могу поспорить, что ты никогда раньше не встречал никого похожего на Драко.

Гарри чуть не поперхнулся чаем при этих словах.

– Не совсем так, - сумел выговорить он. Юноша поставил чашку на стол от греха подальше.
– Профессор, могу я спросить Вас о чем-то… личном?
– Гарри сделал глубокий вдох. Отчасти он считал глупым со своей стороны обсуждать данную тему с Лестранджем, когда до сих пор понятия не имел, что происходило с Драко, когда тот оказывался в этом кабинете. Но с кем еще он мог поговорить об этом?

– Конечно, все что угодно.
– Лестрандж развел руками, словно приглашая начать.
– Здесь мы в полной безопасности, - добавил он.