— Я люблю тебя! — громко повторила Вера.

На соседней кровати больной отложил газету, посмотрел на Веру поверх очков и сказал:

— Не действуйте ему на нервы, девушка… Это вредно.

— Иди домой, а… — попросил Сергей.

Вера отпустила его руку. Встала, долго, внимательно смотрела на его осунувшееся лицо, спокойные холодные глаза, руки с исколотыми венами…

— Все тогда, — медленно сказала она. — Будь здоров!

— Ты тоже… не болей…

Вера ссутулилась и пошла к двери. Сумка, висевшая на плече, цеплялась за кровати и била по бедру…

В церковном дворе стоял окруженный садом поповский дом. У дома остановилась белая "Волга", из нее вышли поп с попадьей и принялись вытаскивать из багажника и заносить в кухню картонные коробки с помидорами.

Церковь снаружи мало чем отличалась от поповского дома, разве что покрупней была. Приезжим она казалась странной, почти ненастоящей, но местные жители привыкли к такой…

Вера купила свечку и подошла к иконе Божьей Матери. Долго смотрела в глаза Марии и не замечала, что горячий воск с зажженной свечи падает ей на пальцы.

Второй раз в жизни Вера была в церкви. Впервые ее, еще грудную, принесла крестить бабушка.

Вера пыталась вспомнить слышанные в детстве от бабушки слова молитвы и не могла. Только слова дурацкой считалки крутились в голове: "Прошу мои цветы не брать. Прошу мою молитву понимать…"

Так и стояла она перед иконой, заливаясь слезами.

Наступил вечер. Солнце уже скрылось за горизонтом. Мужики в беседке под электрической лампой забивали "козла". Из открытых окон доносились эстрадные песни — передавали телеконцерт.

Вера шла по двору.

Всклокоченный пацан с испачканным землей лицом возбужденно объяснял своим сверстникам, которые хмуро стояли рядом:

— Знаете, почему я ему врезал?! Он подошел ко мне и говорит: "Давай подеремся!" А я драться не хотел!..

Загудел, перекрыл грохотом весь шум двора состав. Стучали на стыках колеса. На платформах, тесно прижатые друг к другу, стояли грузовики.

Кто-то схватил Веру за локоть.

— Вера!.. Я все знаю!

Она обернулась. Это был Андрюша. В первую секунду она и не узнала его в фуражке и в форме мореходного училища.

— Верка, бедная моя!.. Я еле вырвался! — задыхаясь, говорил он.

— Андрюша! — обрадовалась Вера, сняла фуражку, погладила его стриженую голову.

— Я тебе все простил! Верочка, идем ко мне.

Он обнял ее, подталкивал легко в направлении своего подъезда и говорил, говорил без остановки:

— Ты представляешь! Меня всего на один день выпустили… Я приехал ради тебя… Вера! Я не могу без тебя! Я очень соскучился… Бедная моя девчонка… Идем ко мне…

Вера не понимала ни слова. А он тащил ее, открыл дверь в подъезд.

Они поднялись на несколько ступеней.

— Как ты изменился, — пробормотала Вера.

— Я просто с ума схожу… Я умираю без тебя!.. Идем! Матери дома нет! Ты представляешь?.. Мы можем быть одни! Вдвоем! Я ради тебя приехал. Завтра уезжаю! Прямо не знаю, что теперь будет… Вера! Ну что ты встала! Идем!..

Он прижал ее к стене, на которой чья-то старательная рука мелом изобразила огромные мужские и женские половые органы.

— Ну все! Хватит, Андрюша! — Вера отталкивала его, но он крепко, страстно обнимал ее.

— Я прошу тебя! Отстань! Все, все!..

Андрюша не обращал внимания, целовал ее лицо, шею, губы. Сверху кто-то спускался.

— Идем скорее, — шептал он.

— Умоляю тебя! Хватит! Оставь меня в покое!

Вера схватилась рукой за перила. Мимо них прошла девочка Оксана, увидела Веру и остановилась.

— Здравствуй, — сказала она. — Почему ты со мной больше не играешь?

Вера попыталась улыбнуться.

— Пошла отсюда! — рявкнул на нее Андрюша.

Девочка испугалась и выбежала на улицу Андрюша опять занялся Верой.

— Ну не надо!.. Гад какой! — Вера начала сердиться. — Сейчас орать начну!

— Ты с ума сошла?.. Динамила меня целый год! Нет, ты сейчас пойдешь!.. Пойдешь со мной.

Он со всей силы рванул Верину руку, которой она держалась за перила, и потащил вверх по ступеням. Вера пнула его ногой, тогда он задрал ей кофту и начал целовать грудь.