Молодой отец догадывался, что уже к концу недели придется пожалеть обо всех этих покупках, особенно о последней. Но чистая, искренняя радость мальчика, его счастливая улыбка стоила подобных жертв.

Зельевар уменьшил игрушки, так же как сделал это чуть раньше с одеждой, клятвенно заверив малыша, что вернет покупкам первоначальный вид, как только они вернутся домой. В магазине оптики Гарри заказали новые очки. Восторг от этого приобретения был настолько сильным, что даже затмил радость от купленных игрушек.

Утомившись от прогулки по магазинам, они зашли в «Дырявый Котел». Получив от бармена меню, Гарри как-то неловко взял его маленькими ручками и почти уткнулся носом в строчки – прочитать что-либо таким способом было просто невозможно. В конце концов мальчик отложил книжечку в сторону и, пряча взгляд от отца, пробормотал, что не хочет есть.

– Но ты ведь на самом деле голоден. Я прав? – нахмурившись, спросил Северус с легким недоумением в голосе.

– Да, сэр, эээ… отец, - признался ребенок. За стеклами новых очков его глаза казались еще ярче, и мальчику больше не приходилось щуриться. И тут Снейпа осенило:

– Ты не можешь прочитать меню?

На щеках Гарри загорелся яркий румянец, и малыш, пожав плечами, быстро отвернулся.

– Гарри...

– Простите, сэр! – мальчик вновь дотронулся было до меню, но потом беспомощно сложил ручки на коленях, устремив на них грустный взгляд потерявшегося щенка.

– Гарри, в данный момент меня беспокоит не то, что ты пожимаешь плечами, а то, что ты не умеешь читать. Разве в школе тебя этому не научили?

Мальчик с трудом проглотил образовавшийся в горле комок и отрицательно помотал головой.

– Почему?
– удивился Снейп, а про себя подумал: "Он не выглядит глупым или неспособным к обучению..."

На глаза Гарри набежали непрошенные слезы, и малыш резко смахнул их маленьким кулачком.

– Потому что я тупой.

– Нет. Ты не тупой. Тот, кто способен с такой точностью запомнить все правила в моем доме, обладает как минимум превосходной памятью.

– Тупой, - продолжал настаивать ребенок.
– Тетя Петунья сказала...

– Я уверен, - спокойно произнес Северус, оборвав Гарри на полуслове, - что твоя тетя за все эти годы наговорила множество совершенно неправильных и несправедливых слов. Я ведь, кажется, уже упоминал об этом, так?

Малыш едва заметно кивнул, так и не решившись поднять голову и посмотреть на своего отца.

– Запомни это. А теперь, Гарри, скажи мне, какой у тебя был самый любимый предмет в школе?

– Математика, сэр.

– Хорошо. И чем она тебя привлекла?

– Я умею быстро считать, да и цифры очень легко писать. Кроме того, их всего десять.

Снейп кивнул, соглашаясь. В этот момент бармен Том подошел к их столику, чтобы принять заказ, но Северус слегка раздраженно и нетерпеливо взмахнул рукой, пресекая попытку хозяина приблизиться.

– Вот видишь, ты молодец. А почему тогда чтение представляет для тебя трудность? И помни, что я больше не хочу слышать из твоих уст предыдущий ответ.

Плечики Гарри слегка приподнялись.

– Трудно думать.

– О причинах?

– Нет, сэр, - малыш отрицательно покачал головой.
– В классе... мне было трудно думать.

– И почему?
– задал очередной вопрос Снейп, хотя у него уже была пара вполне жизнеспособных версий.

– Я легко отвлекаюсь, - ровным голосом произнес Гарри, словно цитируя кого-то.
– А после перерыва на обед у меня портится настроение: я становлюсь злым и неуправляемым.