Гвоздарь старался скрыть охватившее его отчаяние. Ему все казалось, что они — команда и должны пойти вместе.

— Ты говорил. Не я.

Гвоздарь поглядел на нее. Все встало на места. У Пимы семья. Что-то надежное. За что можно держаться. Конечно, она не станет рисковать и бежать вместе с ним. Мог бы и догадаться. Он с трудом кивнул.

— Все равно мы можем вскочить на поезд и добраться до Орлеана за пару дней. Ведь это не настолько трудно.

Пима выставила руку с примотанными к пальцам щепками.

— Думаешь? У Рени были обе руки в порядке, чтобы запрыгнуть, и все равно он стал похож на свиной гуляш.

Садна поглядела в сторону берега.

— Мы можем договориться о мире с твоим отцом, Гвоздарь. Я смогу защитить тебя.

— Если ты так думаешь, то плохо ты его знаешь, — качая головой, ответил Гвоздарь. — Да и, по-любому, я этого не хочу. Я хочу выбраться. Везучая Девочка сказала, что заберет меня, если я ей помогу.

Садна поглядела на девочку.

— И ты ей веришь?

— Я правду говорю… — горячо запротестовала Нита.

Садна махнула на нее рукой.

— Точно? — спросила она, глядя на Гвоздаря. — Уверен, что она этого заслужила?

— Никто не уверен, — рыкнул Тул.

— Мой отец заплатит, — сказала Нита. — Он наградит…

— Заткнись! — сказала Пима. Повернулась к Гвоздарю. — Решать ему. Ему с тобой идти. Ему брать на себя весь риск.

Она схватила Гвоздаря за плечо и оттащила в сторону.

— Ты уверен? — тихо спросила она, глянув на Ниту. — Девчонка себе на уме. Каждый раз что-то говорит, что оказывается правдой только наполовину.

— Я ей верю.

— Зря. Богачи думают по-другому, не как мы. У нее будет возможность подставить тебя. Уверен, что сможешь не подставиться?

— Ничем не рискую. Здесь мне ничего не светит. Если останусь, не смогу вечно от отца бегать, — пожав плечами, ответил Гвоздарь, отстраняясь от Пимы. — Отец мне это никогда не забудет. Кто бы что ни говорил, не забудет никогда.

Он поглядел на Ниту.

— Мы идем, — громко сказал он всем. — Я иду с ней.

На берегу началась какая-то суета, и она всех насторожила. Пима забралась на камень и поглядела сквозь заросли.

— Забирайся, Везучая Девочка, — сказала она.

Нита встала рядом с ней, а потом туда забрался и Гвоздарь. Вдалеке на темной поверхности воды покачивался стоящий на якоре корабль, с ярко горящими огнями. Там было светло как днем. Яркие лучи светодиодных прожекторов выхватили из темноты силуэты лодок, идущих к берегу. Нита покачала головой.

— Они идут за мной.

— Они тоже заплатят награду, — сказала Гвоздарю Садна.

— Мама, — качая головой, сказала Пима.

— Мы команда, — твердо ответил Гвоздарь. — Я ее не продам.

Садна внимательно поглядела на него.

— Сбежишь, и Ричард Лопес будет вечно за тобой охотиться. Никогда не сможешь вернуться.

Она опустила взгляд.

— Ты все еще можешь уладить дело миром. Договориться, сдать девочку тем людям, и Ричард забудет.Ты так не думаешь, но деньги вполне способны заставить его это сделать. Моби и Голубоглазая — ничто по сравнению с теми деньгами, о которых идет речь.

Нита со страхом смотрела на них. Если он ее продаст, они разбогатеют, это точно. Он сможет купить мир со своим отцом.

Удача и ум. Я должен быть удачливым и умным.

Сдать Ниту — это по-умному. Купить себе безопасность, которую ему просто так не выпросить. Но от одной мысли о том, что он отдаст ее ее врагам, его тошнило. По-умному, спрятаться в панцирь, отдать девочку и получить выгоду от сделки. Это ее бой, не его. Он посмотрел на Пиму. Та лишь пожала плечами.

— Я тебе сказала, что думаю.

— Кровь и ржавь, — пробормотал Гвоздарь. — Мы просто не можем отдать ее им. Это все равно что было бы отдать Пиму моему отцу.

— Но куда безопаснее для тебя, — заметил Тул.

Гвоздарь упрямо мотнул головой:

— Нет. Я отведу ее в Орлеан. Знаю, как запрыгивать в поезда.

— Это не команда по легким грузам и не невыполненная норма, — сказал Тул. — Второго шанса не будет. Ошибешься сейчас — умрешь.