— Они не придут, — уверенно сказал он. — Тебя никто не будет искать. Я даже сомневаюсь, что ты из клана Патель.

Везучая Девочка опасливо поглядела на него. Перевела взгляд на Голубоглазую, продолжавшую без нужды точить мачете. Пима в задумчивости взялась за кольца в ушах и откинула голову.

— Это так, девочка? Ты не стоишь ничего?

Гвоздарь удивился, увидев, что Везучая Девочка готова разрыдаться. Даже Ленивка не плакала, когда ее пинками гнали по берегу с порезанными рабочими татуировками на щеках. А эта неженка готова расплакаться только потому, что ее поймали на вранье.

— Так где же твоя семья? — спросил он.

Она задумалась.

— Севернее. Выше Затонувших Городов. Я действительноПатель. Но они просто не знают, где меня искать.

Она помолчала.

— Они и подумать не могут, что я здесь. Мы не одну неделю назад выбросили маячки GPS, чтобы сбежать.

— От кого?

Она снова задумалась.

— От своих же, — наконец ответила она.

Пима и Гвоздарь озадаченно переглянулись.

Нита принялась объяснять, очень тихо.

— У отца есть враги внутри компании. Мы попали в шторм, когда они нас преследовали. Куда бы мы ни двинулись, они предугадывали наш курс. Если бы они меня поймали, то использовали бы, чтобы давить на отца.

— Значит, никто тебя искать не будет?

— Никто из тех, кого мне хотелось бы увидеть, — ответила она, качая головой. — Когда наш корабль разбился, его преследовали два других, но они отвернули из-за урагана.

— Так вот почему вы пошли прямо в сердце урагана-убийцы? Пытались сбежать?

— Да. Либо так, либо сдаться.

Она снова покачала головой.

— Вопрос выбора тут не стоял.

— Значит, никто тебя искать не будет, — повторил Гвоздарь, стараясь смириться с новой мыслью. — Ты нас все это время дурачила.

Пима медленно выдохнула, с шипением.

— Тебе лучше было бы сдаться тем, кто тебя преследовал. Отец Гвоздаря способен на такое, чего они никогда не сделают.

Везучая Девочка покачала головой.

— Нет. У ваших… у ваших есть хоть оправдание. А у тех, кто за мной охотился…

Она снова покачала головой.

— Они еще хуже.

— Значит, ты разбила корабль и пыталась утонуть только затем, чтобы они тебя не поймали? — спросил Гвоздарь. — Погубила всю команду, чтобы остаться на свободе?

Нита отвернулась.

— Они были…

Покачала головой.

— Люди Пайса все равно бы их убили. Ему не нужны свидетели.

Пима ухмыльнулась.

— Проклятье, оказывается, в конечном счете богачи и береговые крысы одинаковы. Каждому не терпится в крови попачкаться.

— Да, — абсолютно серьезно ответила Нита, кивая. — Совершенно одинаковы.

Гвоздарь принялся обдумывать положение. Если никто не будет выкупать Ниту, то она ничего не стоит. Не имея на берегу сильных союзников и друзей, она просто кусок мяса. Никто и глазом не моргнет, если ее отправят под нож Сборщикам. Голубоглазая может принести ее в жертву в своем культе, и никто и не подумает защитить ее.

Пима оглядела Ниту.

— Тяжело здесь богачке придется, — сказала она. — Не выживешь, если не найдешь себе покровителя, а шанс того, что кто-то решит защищать такую, как ты, невелик.

— Я могу работать. Могу…

— Ты ничего не сделаешь, пока мы не скажем, — грубо перебила ее Пима. — На такую богачку, как ты, всем плевать, так или иначе. У тебя нет команды. Нет родных. Нет твоих громил и денег, чтобы заставить людей уважать тебя. Тебе хуже, чем даже Ленивке. Та, по крайней мере, знает здешние правила. Знает, как вести игру.

— Значит, у тебя вообще никого не осталось? — спросил Гвоздарь. — Никого, кто стал бы помогать тебе?

— У нас есть корабли…

Нита задумалась.

— У нашего клана есть корабли, и некоторые капитаны все еще верны моему отцу. Они ходят в Орлеан, за грузами, идущими с Миссисипи. Если бы я смогла добраться туда, вы бы получили награду…

— Хватит болтать о наградах, Везучая Девочка, — качая головой, перебила ее Пима. — Запас обещаний кончился.