Подхватив сумку, она направилась в кабинет. Натянув пиджак и взяв телефон, Фей сбежала вниз по ступеням и прокричала через плечо Джейн, сидевшей за конторкой:

— Спешу по делам. Если кто будет спрашивать, скажи, отлучилась по семейным обстоятельствам. Пусть на звонки отвечает Филиппа.

— Что-то случилось? Нужна помощь? — спросила Джейн, привставая с места.

— Нет, спасибо. Я сама.

Дверь распахнулась, едва Фей нажала на звонок. Джози выскочила на порог и крепко обняла ее за плечи.

— Я все знаю, — шепнула она на ухо.

— Откуда?

— Она звонила совсем недавно.

— Господи! — возопила Фей. — Где она? Что с моей девочкой? Она хочет вернуться?

— Нет. Она по-прежнему собирается с ним в Америку. — Джози погладила дочь по плечу. — Заходи, поговорим.

Рассказав друг другу новости, женщины умолкли. Они сидели на кухне.

— Что будешь делать? — спросила наконец Джози.

— Поеду за ней, — вздохнула Фей. — Найду и расскажу правду. Пусть решает сама.

— Тебе следовало рассказать много лет назад, — заметила Джози без малейшего упрека в голосе, просто констатируя факт. Она неоднократно просила дочь рассказать Эмбер свою настоящую историю, а не придуманную сказку. Материнская любовь заслуживала правды.

— А как… — Фей запнулась и опустила взгляд. — Каково тебе было тогда? Ну… когда я бросила колледж и связалась с той компанией? — Они с матерью давно похоронили события тех лет, но прошлое догнало их на повороте, а из шкафа один за другим стали вываливаться пыльные скелеты.

И двадцать лет назад Фей знала, что мать сильно переживала за нее, боялась, как бы она не загубила свою жизнь, однако не слушала ее увещеваний — совсем так же как теперь Эмбер.

— Я… считала себя плохой матерью, — признала Джози. — Друзья советовали дать тебе шанс, позволить самой выбрать свой путь. Они говорили, я сделала все, что могла, но мне по-прежнему казалось, будто твои ошибки — моя вина. Будь я хорошей матерью, ты бы не бросилась в омут с головой, думала я.

— Это не так! — Фей теперь смотрела Джози в глаза. — В случившемся не было твоей вины, мама! Ты не смогла бы удержать меня, как бы ни пыталась.

— А ты не можешь удержать Эмбер, милая.

По лицу Фей словно прошла судорога. Она не хотела верить в то, что все потеряно.

— Тут другое. Ведь ты никогда не лгала мне. Ты была честна со своими детьми, понимаешь? А я… я строила отношения на лжи. Если бы я рассказала дочери о том, через что прошла, она знала бы, что парни вроде ее Карла — фальшивка. — Элла описала ей любовника дочери. Самовлюбленный красавчик, пустышка с привлекательным лицом. Такие парни думают только о себе, а не о тех, кто рядом.

— Тебе лишь кажется, что есть разница. На самом деле история повторяется. Сейчас тебе очень больно и кажется, что никто и никогда на свете не страдал, как ты. Но это не так, Фей! Наши ситуации похожи как две капли воды.

Слезы застили Фей глаза, лицо Джози казалось размытым и оттого выглядело моложе. Странно: они с Эмбер были так близки, но дочь без сомнений предпочла ей малознакомого парня, пустив под откос собственную жизнь.

— Тебе кажется, что Эмбер бросила тебя, променяв на другого человека? Это немного похоже на двух любовников, в отношения которых вмешался кто-то третий. Но Эмбер восемнадцать, не осуждай ее выбор слишком строго — ты ведь знаешь, что это за возраст. Она оттого и ушла так стремительно, не оборачиваясь, что боялась передумать: слишком мала на деле ее уверенность в собственной правоте.

Фей припомнился разговор с Кристи. Наверное, у каждой женщины есть свой секрет прошлого, если все они способны сопереживать и понимать других.

— Когда я бросила колледж и выбрала ту компанию… — начала Фей. — Ведь ты поняла, что не виновата в моем выборе?

— Не сразу, но поняла. Поначалу я винила во всем себя, потом своих родителей. Бессмысленно искать виноватого. Это не облегчает боль, поверь моему опыту. Винить других слишком просто, винить себя — разрушительно. Семья закладывает основы, но человек сам делает выбор, причем каждый день новый. На чужих ошибках, увы, не научишься, хотя они, видит Бог, неплохое подспорье в процессе самовоспитания. — Джози улыбнулась. — Этому меня научил Стэн. Не хочу сказать, что твой отец был глупей Стэна, но он был человеком конфликтным и никак не мог достичь гармонии с самим собой и близкими. Стэн говорит, человек меняется каждый день до самой смерти. И выбор, который он делает каждый день, не является заслугой его родителей.

— Наверное, это правда. Но нельзя недооценивать семейное воспитание. Если восемнадцать лет держать ребенка в вате, он выходит в жизнь совершенно не приспособленным к трудностям, наивным и самоуверенным. Я так не хотела, чтобы Эмбер пошла моим путем, но она полностью копирует меня, бедняжка! Этого следовало ожидать, ведь она моя дочь.

— Если бы ты открыла ей глаза раньше, она могла пойти тем же путем из упрямства. Или из любопытства. Ведь чужой опыт и собственный — далеко не одно и то же. — Джози взяла дочь за руку. — Если тебе станет от этого легче, расскажи ей правду. И не надо так переживать за Эмбер, она девочка неглупая. Я верю в нее и тебе советую верить. Она может совершить глупость, но сумеет постоять за себя в сложной ситуации. Вот увидишь.