Я металась между гостями, отмечая про себя, что моя Настасья выглядит вполне сносно, в сравнении с отдельными личностями. Парни и мужчины одеты просто и удобно — джинсы разной степени рваности, футболки разной степени растянутости. А вот некоторые девушки вырядились в шикарные вечерние и коктейльные платья. Они терлись подолами о пыльный бетон, задевали серые стены, скакали на высоких шпильках через торчащие трубы и кое-как замаскированные гофро-трубки с проводами. Рита, скучая, вальяжно разгуливала с той стороны, откуда лучше всего видно райдеров. Она здоровалась с парнями на скейтах, с кем-то, по всей вероятности, из группы поддержки. Потом к ней подошел высокий черноволосый парень. Она очаровательно улыбнулась, томно посмотрела ему в глаза и обвила тонкой рукой шею, придвинувшись вплотную. Я сжала кулаки, испытывая острое желание выдрать ей лохмы. Да как она смеет после всего этого подходить к моему брату? Рита что-то шептала парню на ухо, звонко смеялась и лукаво строила глазки, гладила его по спине и, казалось, готова была слиться в медленном танце, если бы музыка не была такой электронной. Я заметила, как из-за колонны ведет охоту наш юный папарацци. Настька подошла к ним совсем близко. И снимала-снимала-снимала. Надо будет ее чем-нибудь порадовать. Не знаю, что бы я делала без своей подруги.

Наконец-то спортсменов представили публике. Среди неизвестных имен я услышала и два до боли знакомых — Сергей Ракицкий и Алексей Ершов. Я пристально уставилась на ребят. Ракета проносился мимо, сосредоточенно глядя вперед. По шее и лбу стекал пот. Щеки покрыты красными пятнами. Футболка пропитана потом. За ним следом шел Леха Ершов. Я заметила разницу — Ракета сосредоточен, для него все серьезно, а Леха расслаблен, для него это всего лишь игра, развлечение. Рита стояла недалеко от рампы в обнимку с тем самым долговязым парнем и демонстрировала бывшему возлюбленному полнейшее презрение. Ракета злился, хмурился и старался на нее не смотреть.

— По-моему, она злит вон того парня. — Настя подошла ко мне и показала пальцем на Ракету. — Как только он приближается, она тут же виснет на этой жерди.

— Это ее бывший, — кинула я быстрый взгляд на парочку.

— А, ну тогда все ясно.

Сережа попытался проехать скейтом по перилам, но в середине что-то пошло не так, и он кубарем скатился вниз по толстой фанере. Настя ахнула и зажала рот ладонью. Я тут же повернулась в сторону Риты: ноль внимания, фунт презрения, болтает с друзьями, словно ничего не произошло. Ведущий подбадривал парней. Ракета поднялся и, набычившись, снова понесся к месту старта. Почему-то в тот момент я поняла, что он обязательно победит. И он победил двумя часами позже. Рита не дождалась. Ушла.

Я стояла на крыльце и ждала Настю и Точку — они обычно ходят в школу вместе. Варя хлюпала носом рядом, покашливала и хрипела осипшим голосом:

— Не думаю, что Слава в курсе. А что говорят родители?

— Ничего. Мне кажется, они ничего не знают. Я подслушивала вчера. Он два часа болтал с ней по телефону. Любезничал, обсуждал соревнования. Славка не смог пойти, ездил с мамой на рынок. И он не знает, что Рита была там не одна.

— Хочешь карты кинем на ситуацию?

— Да тут и без карт все ясно — ситуация дрянь. Настя обещала принести фотографии. У нее принтер цветной, сказала, что сделает все в лучшем виде.

— Покажешь их Славе?

— Конечно. Он мне брат, и я за него переживаю.

— Ярик, это его дело, его жизнь.

— Варя, он — моя семья. Эта девушка хочет стать членом моей семьи. И я против. Уверена, что мама с папой тоже будут против.

Варя тяжко вздохнула. К нам подошла Мелина. Мы с Варькой переглянулись и замолчали. Юлька такая болтливая, что в ее присутствии можно только о погоде разговаривать.

— Ярослава, это правда, что про тебя говорят?

— Юль, чего тебе надо, а? — выдохнула Варя.

Я лишь смогла закатить глаза и убрать руки в карманы. Очень хотелось двинуть каждому, кто говорит обо мне плохо, в нос.

— Просто это так неожиданно, — пожала Пустомеля плечами. — Понимаешь, одно дело, когда Ярик всем призналась, что буч. Это очень смело с ее стороны…

Варька ухватила меня за рукав и тревожно взглянула в глаза.

— Ярик, на каждый роток не накинешь платок, — быстро произнесла Андреева едва слышно. Я скрипнула зубами и отвернулась.

— Но сейчас… — Юля развела руками и, трагично скривив губки, покачала головой.

— А что сейчас? — дернулась Варя.

— Да уже все говорят, — хихикнула Мелина.

— Про что? — зажала ее в угол Андреева.

— Про беременность. Вся школа знает, что Сокол в положении.

Мы с Варей переглянулись. Черт! Информация про Славку выплыла? Что делать? Подруга положила руку мне на плечо и надавила, давая понять, что не позволит мне подняться.

— Не вижу в этом ничего плохого, — улыбнулась она Юльке. — А ты что-то против имеешь?

Мелина покосилась на меня, закусила губу, словно решая, говорить или лучше промолчать.