— В тот вечер я была одна в офисе, доверстывала заметки на сайт, — вещала Зуля, — звонит телефон, я, ничего не подозревая, поднимаю трубку и слышу властный женский голос. «Алло, барышня» — говорит голос. Я понимаю, что сейчас будет Ад и Израиль, разверзнутся небеса и на меня польются мутные потоки какого-нибудь затейливого дерьма…

— Давай без пафоса, — велел Вася, снова наполняя бокалы.

— Без пафоса, так без пафоса, — легко согласилась Зуля, — звонила тетка из поселка Дубный. Умом она оказалась крепка, но слышала плохо. Поэтому она, в основном, говорила…

— Что говорила-то? — заинтересовалась Анфиса.

— Поведала она следующее: в поселке нет воды. Совсем. Никакой. Бедствие, говорит, барышня, самое настоящее. У нее внучка беременная, девка молодая совсем, психует и паникует, в обморок, говорит, даже падала от жары…

Анфиса передернула плечами и скривилась.

— Не обращай внимания, — пояснил Вася, — это у нее на слово «беременность» такая реакция.

Зуля с любопытством посмотрела на нее, но расспрашивать не стала.

— Вот тетка и говорит: приезжай, значит, деточка, я знаю, кто виноват. Самый главный, говорит, виноват, — торжествующе заключила Зуля.

— Ой, да брось, — отмахнулась Заваркина, — неужто на нашего усатого господина бочку покатишь?

Зуля пожала плечами и улыбнулась.

— Я на вашу помощь рассчитывала, — призналась она, — я туда завтра еду.

— Вот я так и знал, — ткнул в нее пальцем Вася, — год о нас не вспоминала, а как помощь понадобилась, ты тут как тут!

— У него это больная тема, — Анфиса улыбнулась и похлопала брата по плечу, — ему кажется, что его все используют. Ему в голову не приходит, что к нему без повода уже прийти в гости или позвонить поболтать неловко и как-то страшновато.

Вася за прошедший год набрал килограмм пятнадцать мышечной массы и обзавелся суровым выражением лица.

— Ой, да ладно, — он как-то по-детски кокетливо махнул рукой и побрел открывать шампанское.

— Я могу поехать с тобой, — сказала Заваркина, — мне совсем нечем заняться.

— Твоя обязанность сидеть дома и жарить мне котлеты, женщина, — заявил Заваркин, залихватски хлопнув пробкой от шампанского. Сладко пахнущая желтоватая жижа потекла в заботливо подставленные бокалы-«флейты».

— Вот и сижу в плену у неблагодарного брата, — притворно вздохнула Анфиса.

— Зато смотри, как здорово вы живете, — Зульфия повертела головой и даже посмотрела вверх. Над стойкой она увидела подвешенные за ножки хрустальные бокалы всех сортов.

— Мы много пьем, — усмехнулась Анфиса, уловив ее взгляд.

— Ей и правда скучно, — сказал Вася, зачем-то выдавливая лайм себе в бокал.

Анфиса кивнула. Зуля поедала виноград из большой вазы и разглядывала хозяев дома.

— У меня вообще-то есть идея как ее развеселить… — протянул Вася.

— Я не буду сниматься голой! — отрезала Анфиса. Зуля прыснула.

— А за пять шоколадок? — рассмеялся Вася. Его сестра отрицательно покачала головой. — А за это?

Он нагнулся и достал из черного непрозрачного пакета, что валялся весь вечер у его ног, прямоугольную коробку и легким движением отправил ее по скользкой стойке. Зульфия, увидев то, что написано на крышке, ахнула.

— Вот сучонок! — протянула Анфиса и открыла коробку, — это же «пигаль». Классика.

В коробке лежали очень изящные и дорогие туфли: черные, лакированные, на тонкой 120-миллимитровой шпильке и с красной подошвой. Анфиса достала одну из них, надела на ногу и залюбовалась, склонив голову, точь-в-точь как Зульфия, которая даже забыла про бокал, который держала в руках. Тоненькая струйка потекла из него на стойку, образуя липкую лужицу.

Анфиса надела вторую и метнулась к зеркальному шкафу: туфли были безупречны сами по себе, а в сочетании с ее классическими подвернутыми джинсами с прорезью на коленке, безразмерной футболкой и короткой стрижкой смотрелись еще и безумно стильно. Она отодвинула дверцу шкафа и достала кожаную куртку в металлических заклепках.

— Ну, прям модЕль, — завистливо сказала Зульфия и спросила у Васи, — а у тебя еще таких нету?

Тот засмеялся и отрицательно покачал головой.

— Я, конечно, проститутка, — сказала Заваркина восхищенно, — но я приду завтра в пять.

— Идет, — ухмыльнулся Вася и отпил из своего бокала глоток победителя.

— Прихвати с собой завтра фотоаппарат, — вдруг ляпнула Зуля. Она ни на секунду не забывала, зачем пришла.

Вася ткнул в нее пальцем и скорчил зверскую рожу.

— Я знаю, что злоупотребляю, — заныла Зульфия, — но мне правда надо…

— А чего ты вдруг взялась сама копаться в водоканальных делах? — рассеянно спросила Анфиса, поглаживая лакированную кожу, украшающую ее ступни, — у тебя подчиненные же есть… Или они еще не научились грамотно троллить высокопоставленных лиц?