– Почему ты не вышла посмотреть на хюльдр?

«О, нет! Только не это!»

– Они разве уже успели освоить новую программу? – пошутила Алиса, глядя в окно. Поезд тронулся, водопад исчез, и снова замелькали горы, рельсы и туннели.

– Тебе разве не интересно? – не отставал Олег.

Алиса обернулась и внимательно посмотрела на него. Влажный ветер растрепал его волосы, а воодушевление, игравшее на его лице, чуть тронула красками его лицо: глаза Олега стали ярче и увлажнились, кожа обветрилась, а вот губы почему-то стали красными и неприятными, как у насосавшегося крови вампира.

– Ты так похожа на хюльдру!
– насосавшийся крови вампир сделал неловкий комплимент, добавив в голос проникновенной хрипотцы.

Алиса кивнула и отвернулась.

«Я приехала за ответами», - вдруг подумала она, - «черт с ней, с книгой. О, волшебная Норге, помоги мне с самоопределением. Ответь мне, кто я?».

– Ты – хюльдра, - сказал Олег, приблизив свои губы к ее уху и накрыв ее руку своей.

«Дебил».

Алиса вдруг подумала, что лучше он и дальше вел бы себя как жена, чей муж накануне вернулся домой на рогах. Продолжал бы игнорировать ее и дуться. Алисе бы просто оставалось не обращать внимания на его укоризненные вздохи.

«Аська права: я слишком добрая. Вечно хочу со всеми поболтать, и чтоб никто не ушел обделенным вниманием. Аська бы отшила эту рыбу-прилипалу в два счета, просто сказав вслух то, что не решаюсь сказать я!».

– О чем ты думаешь? – выдохнула рыба-прилипала Алисе в ухо.

«О том, что ты дебил».

Настроение у Алисы заметно испортилось. По возвращению во Флом, когда тургруппа гуськом пересаживалась с поезда на паром, Алиса поняла, что пора что-то предпринять.

Только что именно? Грубо и прямо попросить его «отвять»? Алиса вздохнула. Конфликты – не ее сильная сторона. То есть она, конечно, может послать его прямо в глаза, но ее тут же одолеет чувство вины, столь тягостное, что, чтобы избавиться от него, придется сначала извиниться, потом похихикать по-свойски, а в результате все станет совсем плохо: Олег заговорит ее до смерти или, не приведи Один, перейдет к решительным действиям. Испытано. Пройдено. Проверено. Надоело.

Алиса решилась на побег. Во имя энергетического туризма. Во имя ненаписанной книги. Во имя всех безымянных сгинувших с лица земли хюльдр, чей образ так пошло растиражирован и поминается всуе туристками всех возрастов для привлечения внимания своих попутчиков. Алиса была полна решимости, и даже не обратила внимания на ливень, хлынувший, пока она пряталась за желтой малолитражкой.

Заскрипели тросы, заскрежетал металл. Алиса вытянула шею. Пора! Она метнулась к трапу, оттолкнулась от него обеими ногами и под протестующие крики паромной команды, прыгнула на причал. Дождь оказался настолько сильным, что Алиса промокла еще в полете.

– Sorry, - крикнула она паромным, улыбнулась во все тридцать два зуба и помахала им рукой. Те снисходительно махнули в ответ сумасшедшей девахе и снова обратились к своим лебедкам.

Ливень загнал туристов в огромные общие каюты парома: снаружи остались только самые любопытные. Например, Олег, который все еще бродил по третьей палубе, высматривая Алису. Увидев, что та сошла на берег, и нет никакой возможности вернуть ее на паром, он отчаянно замахал ей рукой, что-то крича.

– Я не вернусь! – проорала Алиса, сложив ладошки рупором, - иди в жопу!

Отсюда, с берега она могла кричать любые оскорбления: Олег вряд ли мог слышать ее за шумом ливня.

Едва паром взбрыкнул винтами и плавно отчалил от берега, Алиса поняла, что больше никогда не увидит Олега, никогда не услышит его оскорбленного сопения и мелодраматических этюдов. Восторг от удачно провернутой аферы захлестнул ее целиком, заставив задохнуться. Широченная улыбка растянула ее лицо.

Перед побегом она забыла вынуть наушники из ушей. Все это время в них звучала какая-то музыка, но Алиса, пребывая в напряжении, не слышала ее. Теперь же, расслабившись и воспряв духом, она позволила себе услышать средневековую мелодию – Faun – Satyros. Она хлынула ей в голову и затопила все ее существо. Алисе показалось, будто какая-то неведомая сила приподняла ее над землей на пару сантиметров – настолько легкой она себя ощущала.

И тут она удивила сама себя: она затанцевала. После второго изящного пируэта, что она выдала на потеху путешественникам с парома, выглядывающим в окна, и местным рыбакам, курившим на причале возле своих моторок, Алиса захохотала, как сумасшедшая – откинув голову назад и широко раскрыв рот. После двух дней липкого безумия ее попутчика, в которое она оказалась вовлечена против своей воли, Алиса чувствовала себя восхитительно свободной. Она даже бросилась бы в воды Согнефьорда, чтобы там резвиться как дельфин, если бы хорошо плавала.

Паром отплывал все дальше и дальше, и Олег, который оставил попытки привлечь ее внимание, неподвижно стоял на самой верхней палубе, под уютным навесом, и выглядел таким… туристом. Чужеродным созданием для этой холодной непредсказуемой сказочной страны, тогда как Алиса чувствовала себя лучше, чем дома. Она, устало выдохнув, остановила свой сумасшедший танец и вдруг всей кожей ощутила ледяной холод, который немедленно сковал ее тело при помощи верного помощника – насквозь промокшей одежды.