Когда я приехала домой, свекровь, можно сказать, уже сидела на чемоданах. Её сумки собранные и готовые к выходу стояли в прихожей. Сама Алевтина Ивановна при полном параде сидела там же, на пуфике. Павлуша играл на компьютере у себя в комнате. Я сунула свекрови в руки букет и тут же достала из новой сумки приготовленные заранее шарф и коробочку с духами.

– Спасибо вам, Алевтина Ивановна, – я чмокнула свекровь в щёку.

– Ой, «Шанель»! – вдруг всхлипнула свекровь. – Настоящие?

– А то! Вы прыснете, прыснете.

– Уж больно коробка красивая, боюсь даже открывать.

– Давайте, я открою, а вы пока шарфик примерьте.

Свекровь положила букет на столик, отдала мне коробку с духами и приблизилась к зеркалу. Она повязала шарфик, и глаза её засверкали слезами. Шарфик идеально подходил ко всему гардеробу свекрови. Секрет таился в спокойных бежево-оливковых тонах и особой комбинации различных тканей. И как только Ковальчук такую красоту углядел? Не зря же мне сразу захотелось оставить шарфик себе. Я тем временем вскрыла коробку и прыснула духами свекрови на шарфик. По комнате поплыл одуряющий аромат.

– Господи, Катенька, это же моя мечта! «Шанель»! Спасибо тебе, девочка моя, – свекровь полезла в сумку за носовым платком и утерла глаза. В это время в прихожей объявился Павлуша.

– О мамульчик! – он с разбегу повис у меня на шее, и я чуть не грохнулась на пол.

– Осторожней, слоненок! Ты ж с бабушкой целую неделю был, небось, поправился.

– Мы старались, – с достоинством заметила свекровь.

После этого мы разбирали подарки для Павлуши. Новые кеды он тут же нацепил на себя и помчался в гостиную смотреть какой-то очередной мультик.

– Алевтина Ивановна, давайте я вас все-таки довезу, – предложила я свекрови.

– Не надо, Катюш, ты устала, с дороги.

– Отвезу, – сказала я решительно. – Павлуша прилип к телевизору, он сыт, я летела бизнес-классом и тоже сыта. Как вы с вещами через весь город потащитесь? Да еще с цветами. Я вот тут еще бутылочку вина вам привезла. А она тяжёлая. – Это меня уже понесло, понравилось делать подарки. И, в конце концов, не буду же я пить это вино одна сама с собою без компании. Пусть уж хорошие люди выпьют. – Так что не сопротивляйтесь.

– Уговорила, – рассмеялась свекровь. – Уж если еще и бутылочку вина, тогда поехали.

Всю дорогу свекровь прижимала к груди цветы, нюхала шарфик и радостно смеялась, а я думала, что со свекровью мне очень повезло.

Вечером я залезла в заветную коробочку и пересчитала свои накопления. Денег, чтобы рассчитаться с Ковальчуком за покупки, хватало. Я переложила их в сумку и закинула коробочку на шкаф. Исходя из теории Ковальчука, скоро там должно было появиться денег еще больше, чем было. Ну-с, как говорится, будем посмотреть.

В понедельник я приползла домой с работы еле живая. На меня свалилось всё, что накопилось за неделю моего отсутствия, и весь день я скакала белкой в колесе. Готовить ужин просто не было сил, и тут, как нельзя кстати, пришлась чудомультиварка. Еще бы она и продукты сама в себя закидывала, цены б ей просто не было. За всеми своими проблемами я сразу и не заметила чрезвычайной хмурости собственного ребенка. Еще, когда он выглянул в прихожую посмотреть, кто пришёл, я заподозрила, что что-то не так. Никаких вам, Екатерина Андреевна, радостных воплей, никаких прыжков на шею. Так, буркнул чего-то себе под нос и удалился. Но тут мне позвонил с каким-то вопросом Гадецкий, и я отвлеклась. Потом уже за ужином я обратила внимание, что ребенок тихо сидит, уткнувшись носом в тарелку. Обычно он с набитым ртом рассказывает мне о событиях прошедшего школьного дня, кто в кого плюнул, кто чего неправильно ответил, кто с кем подрался, а тут – ни гу-гу!

– Павлуш, у тебя ничего не болит? – поинтересовалась я и на всякий случай проверила ребенку лоб на предмет температуры. Конечно, что еще больше всего волнует мамашу, как не здоровье родного отпрыска.

– Нет, – хмуро доложил ребенок, ковыряя ложкой в тарелке.

– Тогда рассказывай, что случилось? Я же вижу, что что-то случилось.

На самом деле у меня сердце в пятки ушло и даже в животе ёкнуло. Как же я не люблю, когда заканчиваются каникулы! В каникулы у ребёнка обычно всё в порядке, он здоров, весел и беззаботен. Разве что иногда поцарапаться может или шишку набить. Но стоит только ему после каникул пойти в школу, как тут же начинается всякая галиматья. То заразу какую-нибудь подцепит, то подерётся с кем-нибудь, то потеряет какую-то школьную нужность типа тетрадки или дневника. Я уж не говорю про успеваемость! Про эту вечную битву за пятерки. Хорошо хоть у нас львиную долю этих проблем берет на себя няня. Она и уроки проверяет, и дневники с тетрадями находит.

Павлуша горестно вздохнул, вылез из-за стола и нога за ногу поплелся к выходу из кухни.

– Павлуш, ты куда? – затрепыхалась я. Вот еще новости! Из-за стола выходить, не доев и не поблагодарив. Куда ж это годится?

– Щас, – раздалось из коридора.

Через несколько минут ребенок вернулся, сунул мне в руки дневник и уселся обратно на свое место. Взял вилку и продолжил ковыряние в тарелке. Я вздохнула с облегчением. Слава богу, а я-то думала, что случилось что-нибудь страшное. Подумаешь, чего там страшного может быть в детском дневнике. Ну, трояк, ну, замечание. Делов-то? Конечно, этими своими соображениями делиться с Павлушей я не собиралась, а сурово нахмурив брови, открыла дневник. На нужной странице, аккуратно заложенной закладкой, красовалась огромная жирная двойка, исполненная красными чернилами, и замечание от классного руководителя с просьбой родителям срочно придти в школу.