— И на стене в спальне будет висеть этот ужасный текст.

Линн прижала ладошку ко рту.

— Боже! — сказала она, глядя на Чарли. — Ты перевернул обратно эту картинку?

— Нет, — сказал Чарли. — Я забыл об этом!

Виноватый смех Линн слился с его.

Их дом, когда они последний раз его видели, был грязно-коричневого цвета, так как его грубо оштукатуренные стены никогда не белили. Но Джек не сидел ни минуты во время их отдыха, и теперь, когда они подъехали к дому, он был превращен в ослепительно-белый, а деревянные рамы были покрашены в черный и коричневый цвета.

Кустарники в саду были подрезаны, и трава, растущая по краю пруда, была аккуратно выкошена, новая трава выделялась яркой зеленью.

Джек и Роберт радостно их встретили и помогли внести багаж в дом.

— Я не могу поверить своим глазам! — повторял Чарли, — я решил, что мы вернулись не в наш дом!

— Правда? — спросил Роберт. Его глаза сияли. — Дед почти все сделал сам. Я только иногда помогал ему.

— Здесь так чудесно! — воскликнула Линн.

Внутри дома тоже многое изменилось. Стены в кухне покрасили, и они стали бледно-желтого цвета. В гостиной стены были нежно-розового цвета. Но самой красивой комнатой стала спальня Линн и Чарли. Ее окна выходили в сад и на пруды. В лавке Беннетта были куплены обои специально для этой комнаты, и Линн, увидев все это в дверях спальни, решила, что ничего прекраснее не видела — это были сине-серые ромбы, внутри которых выделялись чудесные желтые розы и зеленые листья. У нее открылся рот и она смогла произнести только одно округлое: «О-о-о!» и с силой выдохнула воздух.

— Я и не мечтала, что все будет так прекрасно!

— Я просто не могу прийти в себя! — сказал Чарли. — Вы проделали такую работу всего лишь за одну короткую неделю!

Джек стоял, засунув руки в карманы, и у него изо рта торчала незажженная трубка. Роберт, видя реакцию деда, также сделал вид, что не обращает внимания, как молодожены расхаживают по дому и восхищаются всем, что видят.

— Как аккуратно наклеены обои! Видно, что это делал мастер! Стыков вообще не видно, и узор нигде не нарушен.

— А какой красивый бордюр!

— Ты только посмотри, как тщательно пригнан линолеум, двери везде так легко открываются и закрываются.

— У отца чудесные руки мастерового.

— Кто-то даже постелил бумагу на полку в комоде.

— И они застелили нам постель! — воскликнула Линн. — Эта парочка работала не покладая рук!

Джек вынул трубку изо рта и посмотрел на Роберта.

— Мне кажется, что твоя мать всем довольна, — сказал он.

— Мама, это правда? Ты довольна?

Мальчик был вне себя от радости, ему было так сложно изображать из себя равнодушного человека.

— Тебе нравится, как мы все сделали в доме?

— О, — сказала Линн. Она была полна благодарности. — Ты разве сам не видишь?

— Значит, вы провели всю медовую неделю в Уэльсе? Мы получили от вас открытку.

— Там было так чудесно, — сказала Линн. — Мне бы хотелось, чтобы вы сами могли все увидеть. Там такая красота…

— Какая у вас там была погода? Наверно, лил дождь, как и у нас здесь?

— Нет, там все не так, — сказала Линн. — Там идет совершенно другой дождь!

— Он там гораздо мокрее, — добавил Чарли.

— Правда? — спросил Роберт.

— Чарли дразнит тебя, — сказала ему мать. — Мой муж ужасный шутник.

Сидя на стуле, она переводила взгляд с Роберта на Джека, счастье и радость переполняли ее.

— Вы по мне скучали?

— Нам было плохо, потому что ты нам не готовила, — ответил Роберт. — Дед не умеет так хорошо готовить. Вчера он сжег колбаски.

— Значит, я для вас всего лишь кухарка?!

— Роб, я тебе должен сказать следующее, — вмешался Чарли. — Если ты попросишь свою мать, то она приготовит для вас завтра кое-что особенное.

— Что?

— Суп из зеленого горошка!

Когда они все рассказали Джеку и Роберту, за столом раздался громкий смех. Они рассказывали им о гостинице Чарли рассказывал обо всем подробно, и когда он кончил рассказ, уже стемнело. Линн встала и зажгла лампу.