Шрифт:
Всегда было приятно озадачить Моркоу, и на сей раз капитан действительно удивился.
– Как вы догадались, сэр?
– Слова, слова, капитан, – отмахнулся Ваймс. – «Наступающая Тьма» звучит зловеще. Значит, придется зажечь свет поярче. Когда я увидел грагов, они были окружены свечами. Я подумал: может, это какая-нибудь церемония.
– Может быть… – осторожно согласился Моркоу. – Спасибо, сэр. Я пойду и все приготовлю.
Когда он был уже у двери, Ваймс остановил его:
– И еще кое-что, капитан.
– Да, сэр?
Ваймс сказал, не отрывая взгляда от сандвича (он методично отделял кусочки помидора и салата от хрустящего бекона):
– Не забывай, что ты стражник, ладно?
Салли поняла, что дело нечисто, как только вернулась в раздевалку в новеньком сверкающем нагруднике и шлеме, похожем на суповую миску. Стражники самого разного обличья толпились вокруг и старались казаться равнодушными. Стражникам это всегда удается плохо.
Они наблюдали за ней, когда Салли приблизилась к шкафчику. Поэтому она открыла дверцу с должной осторожностью. Шкафчик был набит чесноком.
Ага. Началось. И так быстро! Впрочем, она приготовилась…
Там и сям за спиной слышалось слабое покашливание и хмыканье стражников, которые старались не смеяться. Они ухмылялись. Ухмылка сопровождается слабым звуком, если хорошенько прислушаться.
Салли обеими руками полезла в ящик и вытащила две большие головки чеснока. Все взгляды были устремлены на нее. Стражники застыли, когда вампирша медленно двинулась по комнате.
Особенно сильно пахло чесноком от одного юного констебля. Его широкая ухмылка вдруг выдала легкое волнение. У этого парня был вид всеобщего шута, который сделает что угодно, лишь бы окружающие посмеялись.
– Извините, констебль, как вас зовут? – кротко спросила Салли.
– Э… Фитли, мисс.
– Это ваше? – поинтересовалась вампирша, слегка обнажив клыки.
– Э… я просто пошутил, мисс…
– Ничего смешного не вижу, – ласково сказала Салли. – Я люблю чеснок. Обожаю чеснок. А вы?
– Э… да, – горестно ответил Фитли.
– Прекрасно, – сказала Салли.
Стремительным движением, от которого Фитли вздрогнул, она сунула головку чеснока в рот и с хрустом раскусила. Это был единственный звук, пронесшийся по комнате.
Салли сглотнула.
– Ну надо же, совсем забыла поделиться, констебль, – сказала она, протягивая вторую головку. – Это вам…
В раздевалке послышался смех. Компания стражников ничем не отличается от любой другой. Шутка вышла боком самому же шутнику, и стало еще смешнее. Это же просто розыгрыш, никто никому не желает зла, правда?
– Давай, Фитли, – сказали из толпы. – Все по-честному. Она съела свою долю.
Кто-то другой, как всегда бывает, начал хлопать в ладоши и восклицать: «Ешь! Ешь! Ешь!» Остальные подхватили, вдохновленные тем, что Фитли густо покраснел.
– Ешь, ешь, ешь, ешь, ешь, ешь, ешь, ешь!
Фитли, у которого не осталось выбора, схватил головку чеснока, сунул в рот и, под аккомпанемент одобрительных возгласов, раскусил. В ту же секунду Салли увидела, как глаза у него полезли на лоб.
– Младший констебль Хампединг?
Она обернулась. В дверях стоял мужчина, сложенный как молодой бог [6] . Его нагрудник, в отличие от доспехов других стражников, сиял, а на кольчуге почти не было ржавчины.
– Все в порядке? – Он посмотрел на Фитли, который стоял на коленях, выплевывая чеснок, но как будто не заметил ничего странного.
6
Во всяком случае, как бог высшего разряда. Не из тех, у кого щупальца.
– Э… да, сэр, – озадаченно ответила Салли.
Фитли вырвало.
– Мы уже встречались. Меня зовут капитан Моркоу. Пройдемте со мной, пожалуйста.
В кабинете Моркоу спросил:
– Итак, младший констебль, вы ведь приготовили головку чеснока заранее? И не надо так смотреть, сегодня на углу как раз стояла тележка с овощами. Нетрудно догадаться.
– Э… сержант Ангва меня предупредила.
– И?
– И я сделала головку чеснока из редиски, сэр.
– А та, что вы дали Фитли?
– Она тоже из редиски. Я стараюсь не притрагиваться к чесноку, сэр, – сказала Салли.
Ох, боги, он действительно красив…
– Правда? Из обыкновенной редиски? Но, если не ошибаюсь, Фитли стошнило…
– Я воткнула в нее несколько семян жгучего перца, – призналась Салли. – Примерно штук тридцать…
– Да? И зачем?
– Да так, сэр, – ответила Салли – воплощенная невинность. – Шутки ради. Чтобы посмеяться. Я никому не желаю зла.
Капитан задумался.
– Ладно, забудем, – сказал он. – Кстати, младший констебль, вы когда-нибудь видели трупы?