И она перенеслась обратно на шестнадцать лет назад. Морган, стоящий в свете раннего рассвета, с царапинами от ее ногтей на плечах. Его лицо было спокойным, сосредоточенным, вежливым, когда он повернулся, чтобы предложить ей что-то. Свою руку? Платок. Ей удалось сесть, взять его, с радостью отметив, что ее рука не дрожала.

«Доказательство ее удивительного самообладания», — подумала она и вздрогнула. «Тогда он просто вторгся в ее мечты», — напомнила Лиз себе. Он растоптал их.

Она закончила одеваться, убирая корректором мешки под глазами. Ее знакомое отражение взглянуло на нее из зеркала, бледное, решительное, держащее все под контролем. Это тревожило ее, она не могла контролировать сны. Она почувствовала себя преданной, как будто ее разум и тело сговорились против нее.

Спотыкаясь по лестнице, она окунулась в свою утреннюю рутину, подпитываемая кофе и необходимостью поддержания нормальности. Она упаковала закуски и бутерброд с арахисовым маслом для Эмили, поставила записку в середине стола на кухне, где Зак несомненно увидит ее, когда проснется.

Выйдя в прихожую, она почувствовала присутствие Моргана с ночи, как привидение, касающееся кожи.

Ухватившись за перила рукой, Лиз прокричала вверх по лестнице.

— Эмили! Время идти!

Это было облегчение, добраться до работы, надеть авторитет и доспехи докторского белого халата, сконцентрироваться на нуждах ее пациентов и их проблемах, вместо своих собственных.

Маргред Хантер, во второй смотровой, могла быть проблемой.

Лиз мельком взглянула на свои заметки; на пациентку. Сидящая вертикально на укрытом мягкой бумагой столе, Маргред, конечно, казалась здоровой. Пылающие темные глаза, роскошные волосы и грудь, небольшая, таинственная улыбка. «Как модель с плаката для беременных», — подумала Лиз, — «или как какая-то языческая богиня плодородия». Ее осмотр подтвердил, что кровяное давление было в норме, и у нее был только легкий отек. Ее ребенок лежал головой вниз и расположился ближе к тазу.

Женщине оставалось меньше двух недель до срока. В любое время она могла родить.

— Поговорим о плане родов, — начала Лиз.

Маргред выглядела удивленной.

— Мы рассмотрели это в моем назначении на прошлой неделе. Когда Калеб был здесь. Он хочет, чтобы я родила нашего ребенка в больнице.

— Что является отличной идеей, — быстро проговорила Лиз. — У них есть замечательный родильный центр и лучшее перинатальное отделение за пределами Портленда. Дело в том, что вы на тридцать процентов готовы родить. Конечно, в чрезвычайной ситуации, мы можем вызвать вертолет или береговую охрану. Но учитывая прогресс, я хотела бы спросить, вы рассматривали пребывание на материке до рождения ребенка.

— Нет, — сказала Маргред просто. — Калеб не может покинуть остров. А я не хочу быть вдали от Калеба.

— Как вы понимаете, существуют риски. Мы в девяносто минутах от материка, если ехать паромом.

— Мы доберемся меньше чем за час, если отец Калеба возьмет нас на свое рыболовецкой судно.

Лиз моргнула.

— Так Регину доставили в больницу, — объяснила Маргред.

— Верно. Хорошо. — Лиз выдохнула. — Я все еще учусь, как жить на острове. Просто пообещайте мне, что позвоните, если будут какие-то вопросы или проблемы.

— Или схватки.

— И они тоже. — Улыбаясь, Лиз взяла Маргред за локоть, помогая той слезть со смотрового стола. — Вы можете договориться с Нэнси о приеме на следующей неделе. Если вы проходите так долго.

— Будет лучше. Вечеринка по случаю рождения ребенка состоится во вторник ночью. — Маргред дернула головой. — Приходите.

— О. — Теплое удовольствие поймало непонимающую Лиз. Но ситуация была неловкой. Муж Маргред забрал сына Лиз на допрос вчера. Автоматически, она отошла назад к своим знакомым барьерам врач-пациент. — Спасибо, но мне трудно уходить по вечерам. У меня есть маленькая дочка.

— Думаю, я видела ее. В приемной?

Большинство людей не видели сходства. Лиз почувствовала, как напряжение покидает ее плечи.

— Верно. Эмили.

Маргред пожала плечами.

— Так приводите ее. Омар печется семь часов. Будет много детей. Сын Регины, Ник, он возраста вашей дочери.

— Я… — Лиз прикусила губу. Почему нет? Очевидно, что любая неловкость была главным образом в ее разуме. И разве это не было то, почему она переехала на остров? Сформировать связи, быть частью сообщества с ее детьми. — Спасибо.

— Спасибо тебе. — Рот Маргред изогнулся лукавой улыбкой.

— Теперь если я начну рожать, мне не придется уходить с вечеринки.

Лиз смеялась, когда она провожала ее в переднюю.

Пока Маргред назначала дату приема, Лиз оглядела зал ожидания. Ее дочь расположилась в группе стульев так, чтобы получился импровизированный форт. А сидевший на корточках у входа с белокурыми волосами, даже с макушкой торчащий между стульями, был Морган. Он посмотрел вверх, глаза блестели золотым, полные решимости, как глаза хищника или глаза из сна. Она вспыхнула.