Когда я подлетел к отряду ариров, их командир, показывая лёгкое нетерпение, ожидал меня.

– Атере, принимай пополнение. – Глядя на его недоумённо вытянувшееся лицо, я разъяснил: – Её зовут Миреана, она энергетический вампир. Думаю, она сможет решить проблему Сэа и Лэа…

Со стороны портала донеслись гудение и свист воздуха. Коротко кивнув Атере, я рванул в ту сторону, опасаясь, что пропустил самое интересное.

Пролетая над колонной войск, я заметил Элтруун, увлечённо что-то вещающую своим солдатам, и рядом с ней Аэриснитари, напряжённо наблюдающую за работой ритуала. Линии его вовсю пронизывали ману Тьмы. Словно тяжёлый пар, она стекалась к центру ритуала, собираясь в абсолютно чёрный, сильно вытянутый сфероид. Тела жертв потемнели и будто обуглились. Ещё пару секунд они стояли на коленях, а потом стали заваливаться назад и буквально развеиваться в невесомую чёрную пыль. Она ниспадала в центр ритуала, исчезая в глубине чёрного облака. Когда последняя песчинка исчезла внутри, Аэриснитари переступила чёрную границу и быстро подошла к клубящемуся облаку мрака. Секунду помедлив, она вытянула руку и положила её на вязкую поверхность. Под её ладонью, просвечивая её насквозь, родился ярко-голубой источник света. Он начал растягиваться вверх и вниз, к полюсам. Древняя не выдержала его сияния и отвернулась. Когда узкая полоса света достигла полюсов сфероида, Аэриснитари убрала руку с поверхности чёрного облака и отошла вправо, продолжая наблюдать за формированием портала. Я посмотрел вниз и обнаружил, что вся кровь, вытекшая из жертв, испарилась, оставив канавки-линии абсолютно чистыми. Когда я снова взглянул на облако Тьмы, полоса голубого света как раз начала расширяться. Полоса света полыхнула ещё ярче, не ослепив, пожалуй, лишь меня. Воздух взревел, словно реактивный двигатель на форсаже, и в следующую секунду портал сразу раскрылся полностью, превратившись в ярко-белое зеркало в раме из чёрного тумана. И наступила тишина. В ней резко прозвучали слова Аэриснитари:

– Ритуал завершён. – Её глубокий голос пробрал до самых костей.

И тут же зычным голосом взревела Элтруун:

– Вперёд! Вперёд! Какого демона вы стоите на месте, словно перед посвящением Акрио! Мать вашу!..

Атретасы, с копьями наперевес и лихорадочно блестящими глазами в прорезях масок, стартовали, сразу взяв настоящую спринтерскую скорость, невзирая на смесь из праха и пепла под ногами. Когда первые из них оказались рядом с белым овалом зеркала, я понял, что оно достаточно велико, чтобы в него легко прошёл драколич. Первыми у портала оказалась пара жрецов – не останавливаясь, они прыгнули в него, моментально исчезнув. Следом была ещё пара – на этот раз жриц. Пока у меня было немного времени, я, снедаемый любопытством, сместился в пространстве и заглянул за «изнанку». Другая сторона меня разочаровала – просто абсолютно чёрная и спокойная плоскость. Вернувшись, я обнаружил, что половина сотни, как и сама Тиалин, уже прошли через него. Торопливо набросив на себя самую мощную защиту, я приказал драколичу приготовиться. Чудовище не спеша и даже немного лениво подошло к порталу. Как только последняя пара солдат исчезла в белом зеркале, драколич прыгнул в него, вытянувшись, словно кошка. Это было настолько для меня обескураживающе, что я на пару секунд замешкался, но, осознав, что на той стороне, вероятнее всего, идёт бой, нырнул следом.

Как ни удивительно, но зеркало портала было абсолютно неосязаемым. Сам переход длился меньше секунды: нарастание света при приближении к плоскости зеркала, ярчайшая вспышка и – расслабляющее мгновение абсолютной Тьмы на выходе.

Вынырнув из портала, я сразу же ощутил сильный удар чужого боевого заклинания о защиту. Источник – Смерть. Практически наугад поднимаю руку и ударяю пламенем, смешанным с моей яростью. Оно приобретает вид «Выдоха дракона» длиной более ста метров. Огонь расплёскивается о пол и почти с нежностью охватывает отчаянно закричавшие далёкие фигуры моих врагов. Ощущение их страданий пробивается мне в разум и пьянит сильнее вина. Взмахнув крыльями, я взмываю над овалом портала и подкачиваю в защиту маны. Осматриваюсь. Пару секунд длилось осознание того, где я очутился. Первое, что бросается в глаза, – колонна Дома практически не повреждена. Вокруг кипит сражение. Постоянный обмен низкоуровневыми заклинаниями. Вспышки, взрывы, крики и стоны раненых. Слева раздаётся жуткий рёв – обернувшись на него, я вижу, как чудовищная фигура драколича, полностью раскрыв крылья, заливает разрозненную группу атретасов на хиснах своим выдохом. Их крики на секунду перекрывают весь шум сражения. Магическая перестрелка сильно напоминает земную: атретасы грамотно прячутся между обломками и иными укрытиями, выглядывая лишь для того, чтобы ударить очередным заклинанием, выстрелить из арбалета или оценить ситуацию на поле боя. Тиалин что-то быстро чертит носком своего сапожка на каменной плите под ногами. Хм. Нечто вроде сильного объёмного заклинания.

Радует одно: Дом ещё не взят и активно сопротивляется.

Из-за какого-то здания вне территории Дома выбегает дюжина атретасов и с ходу атакуют меня. О мою защиту ударяется несколько арбалетных стрел и пара несильных заклинаний. Это было бессмысленно. Что ж, стреляют по мне – значит, враги. Смешиваю Тьму и Огонь и выплёскиваю протосилу. Вырвавшееся «Багровое пламя» заливает вражеский отряд, не оставляя от них даже праха. Я обрываю подпитку маной, но алое пламя задевает стоящие рядом с местом их гибели пятиэтажные каменные здания, и, не выдержав, они обрушиваются прямо в не успевшие исчезнуть алые огоньки эманации протосилы. Эффект более чем неожидан: здания взрываются, разбросав горящие обломки во все стороны. Осознав, что мне-то на них чихать, а вот жрицам Тиалин может стать очень несладко, я прикрываю их и площадку перед порталом большим плоским щитом Тьмы. Как оказалось, не зря – тут же в него врезается пара угловатых обломков размером с небольшую машину. Всё вокруг заволакивает густым облаком пыли. Возникает затишье: ни мы не видим врага, ни они – нас.

Внизу начинают прибывать вампиры, и среди первых из портала вылетает княгиня. Кричу ей:

– Как поднимется пыль, начинай брать под контроль плац и оказывать помощь нашим раненым.

И разгораюсь намного сильнее и ярче. Воздух подтягивается ко мне, и разогретая пыль поднимается, открывая нам картину учинённого мной разгрома.

Надо мной поднимается большое облако горячей пыли, собравшееся в медленно вращающееся вихревое кольцо. От трёх взорвавшихся зданий не осталось ничего, кроме дыр в земле, бывших совсем недавно подвальными помещениями, с которых взрывом содрало потолки. Соседние здания выглядели не самым лучшим образом: потрескавшиеся, посечённые стены и огромные дыры, пробитые обломками. И везде вперемешку валяются тела как наших, так и чужих атретасов.

Вместе с этим приходит осознание, что мы находимся как раз посередине внешнего плаца. А солдаты Тиалин используют в качестве укрытий разбросанные вокруг обломки каменных плит, служивших в прошлом главными воротами.

В этой части Дома я был лишь раз в раннем детстве, и то, что помнил, слабо стыковалось с теми развалинами и воронками, лежащими подо мной.

Снизу раздались громкие команды Эйрин своим вампирам:

– Рассредоточиться и выбить врага из тех зданий!

И как будто это послужило сигналом для атаки на нас.

Казалось, из каждого окна или щели уцелевших строений по нас стали стрелять арбалеты. Маленькие болты, попадая в камни, разлетались в мелкую шрапнель.

Сформировав десяток сгустков «Багрового пламени», я выпускаю их все в окна строений, откуда по нас стреляют. Внутренние взрывы заставили сложиться здания внутрь, погребая под обломками вражеских солдат.

Неподвижно стоявший драколич развернулся и, резво подскочив к одному из зданий, на крыше которого мелькнуло несколько фигур, залил его всё своим выдохом. Спустя секунду оно обрушилось, подняв огромную тучу заряженной Смертью пыли, скрывшую внутри себя чёрно-золотое чудовище. Но драколич был в нём совсем недолго: мощный взмах крыльев – и пыль уже выпустила его из себя, понёсшись в глубь города. Туче удалось продвинуться совсем недалеко: создав область полного разрушения длиной около километра, она неожиданно натолкнулась на огромный купол вражеской защиты и осыпалась на землю безвредной пылью. Драколич изогнул шею и снова залил обломки и мусор маной Смерти. Выпрямившись и замерев на мгновение, он со всей силы взмахнул своими немалыми крыльями. Образовавшийся сильнейший порыв ветра поднял в воздух невероятно огромную тучу праха, которая, перемешавшись с выдохом, ещё раз врезалась на этот раз в чётко проявившийся купол защиты. Но тем не менее с тем же результатом. Драколич издал яростное шипение и сорвался с места, но в него тут же врезалась толстая ветвистая молния красно-белого цвета. Эффект вражеского заклинания невероятен – возникло впечатление, что невидимый гигант отбросил в сторону моё чудовище, словно какую-то зарвавшуюся шавку. Драколич, сопровождаемый волной пыли, мусора и обломков, лишь немного не докатился до наших позиций. Когда огромное тело остановилось, я увидел в его груди огромную дыру, из которой, словно кровь, вовсю хлестала серая мана Смерти. Сквозь рану я вижу, что источник драколича вроде не повреждён. Хорошо, что драколич при движении создал перед собой почти трёхметровый вал обломков, который, замерев, удачно отгородил нас от истекающей из раны маны, которая уже образовала небольшое озерцо. Ибо могло стать совсем плохо – мана залила бы портал, и выпрыгивающие из него солдаты оказывались бы сразу на том свете. Ощущение драколича в моём разуме практически исчезает.

Перевожу взгляд на купол и чувствую, как меня начинает заполнять ярость. Практически без перехода создав двойной огнешар из «Багрового пламени», я швыряю его по высокой дуге во вражескую защиту. Алая вспышка. Но средоточие моей протосилы оказалось бессильно. Я недовольно рыкнул, вторя фениксу. В голову пришла мысль, что Аэриснитари в бытность верной служанкой иллитидов тоже без проблем защищалась от подобных атак.

Я спускаюсь ниже и кричу атретасам:

– Косу! Бросьте мне косу!