Под этими строками стояла подпись… однако это было не то имя, которое Мика некогда дала найденышу. Следуя самурайской традиции, Кай перед кончиной принял новое имя – так будут звать его душу после смерти.

– Кайдзэн… – удивленно прошептала Мика.

Говорили, что нельзя тревожить душу усопшего, называя его именем, данным при жизни… Иероглиф «кай» в новом имени означал не «море», а «изменение», но звучал по-прежнему, а само имя Кайдзэн значило «непрерывное совершенствование» и служило напоминанием об изменчивости жизни и обещанием будущего…

«Он неспроста выбрал это имя», – подумала Мика, и глаза ее наполнились слезами.

Она перечла драгоценные строки, прижала листок к груди и взглянула в высокое синее небо, черпая там умиротворение. Она не нарушит свою клятву Каю, не потревожит его покой.

Аккуратно сложив листок, Мика вложила его за пояс кимоно, к самому сердцу. Хотя Кай покинул этот мир, никто на свете не сможет отнять у нее частичку его души, слившуюся с ее душой. Ветер утих, волны на реке улеглись, и в гладком зеркале воды отражалось небо.

Томясь в плену Киры, Мика мечтала о возвращении домой, в Ако, но теперь красоты родного края казались чуждыми и странными – так гладь речных вод скрывает глубокое и опасное течение, неустанно несущееся к морю.

Жизнь похожа на такую реку…

Все вокруг меняется. Мика вернула к жизни заброшенный сад замка, но князя Асано не возвратить. Замок Ако никогда больше не будет родным домом для госпожи Асано – в нем нет отца, нет Оиси, нет остальных самураев… нет Кая. Прошедший год оставил в памяти неизгладимые шрамы.

Отец Мики и его верные вассалы покинули земную юдоль и увели с собой Кая. А Мика, оставшись в одиночестве, по-прежнему хранила мечты и надежды ушедших. Дрожащими руками она сжала перила моста. Похоже, здесь ее больше ничего не держит.

Но она – наследница князя Асано, новая владычица и защитница провинции Ако. В этом сейчас смысл ее жизни: ведь ради нее храбрецы пошли на смерть. Мика поклялась, что ее стараниями Ако станет отражением ценностей истинных самураев, таких, как ее отец и сорок семь его верных вассалов.

Самураи, спасшие жизнь Мики и освободившие дух ее отца, были обычными людьми – несовершенными и уязвимыми, – а не богами или героями. Они добровольно взяли на себя роль божественного провидения и навечно останутся в памяти и в сердцах народа, потому что их поступок был совершен бескорыстно, на благо других.

Их честь и доблесть станет примером того, как вера в правосудие может быть сильнее, чем страх смерти, потому что справедливость и бескорыстие редки и на полях сражений, и в мирное время.

Мика выпрямилась и окинула взглядом окрестности. Владычице Ако предстоит долгие годы бороться за то, чтобы воплотить задуманное в жизнь, но время пролетит незаметно – ведь те, кого она любила и потеряла, станут ее опорой и поддержкой. Госпожа Асано не нарушит свою клятву и воздаст должные почести своим верным вассалам.

Мика задумчиво коснулась герба клана Асано – така-но-ха, скрещенных соколиных перьев, – вышитого на безрукавке. Ясным весенним днем казалось, что вдали, у самого горизонта, виднеется море, а в высоком синем небе сквозит бесконечность. Мике почудилось, что если всмотреться в прошлое, то душа соколиным перышком сможет коснуться душ предков и испросить их благословения.

А если взглянуть в будущее…

Она прижала руку к груди, к скрытому там листку с предсмертными строками Кая. Любовь всегда будет напоминать о том, ради чего стоит жить… А когда Мика сдержит клятву и, исполнив свой долг, покинет этот мир, где-то в синей бесконечности две души пересекутся, как соколиные перья… и, взглянув в глаза незнакомца, она обнаружит в его душе отражение своего сердца и поймет, что ее душа вернулась в родной дом.

Высочайшим повелением сёгуна земли Киры перешли в казну, а провинция Ако была возвращена клану Асано. По сей день жители Японии воздают почести сорока семи верным вассалам в благодарность за их мужество, верность и доблесть.