– Никто не знает, как вы выглядите. Он может сдать любое тело, заявить, что это вы, и получить вознаграждение.

– Я уверен, что этот трюк уже проделывали.

– Возможно. Но с Ангелом предпочитают не спорить.

Сантьяго всмотрелся в Веру:

– И где он хочет со мной встретиться?

– В таверне «Ячменное зерно».

– Как он узнал о ней?

– Там Миротворец Макдугал убил Трехглазого Билли, – ответила Вера. – Других мест на Тихой гавани он просто не знает.

– В какое время?

– В девять утра.

– Вы же не собираетесь с ним встречаться? – подал голос Каин.

– Я еще не решил.

– Это ловушка.

– Возможно, – согласился Сантьяго.

– Тогда не ходите. Лучше заманить его сюда.

– Чтобы погибли десять или двенадцать моих людей? – Сантьяго улыбнулся. – Я не могу их потерять.

– А они тем более не могут потерять вас! – отрезал Каин.

– Возможно, Ангел действительно хочет заключить сделку. В конце концов, двадцать три миллиона кредиток лучше, чем двадцать.

Каин покачал головой:

– Ему придется лететь в Демократию, чтобы получить их. А там им наплевать, Ангел он или сам Господь Бог. Они потребуют доказательств.

– Как скоро вы ждете ответа? – спросил Сантьяго Веру.

– Я должна связаться с ним этим вечером и сообщить о вашем решении.

– А если я решу не встречаться с ним?

Она пожала плечами.

– Тогда, полагаю, он придет сюда и убьет вас.

– А что с этого вам? – спросил Хасинто.

– Я – журналистка. Мое дело – добывать новости. – Она повернулась к Сантьяго. – Может, вы дадите мне интервью? Прямо сейчас?

Сантьяго хохотнул:

– Меня восхищает ваша настырность.

– Так дадите?

Он покачал головой:

– К сожалению, нет.

– Если вы дадите мне интервью, я скажу Ангелу, что вас здесь нет.

– Она лжет, – вырвалось у Каина.

– Черта с два! – отпарировала Вера.

Каин повернулся к ней:

– Допустим, вы это ему скажете, но он бросится по вашему следу, как только интервью выйдет в эфир.

– Он никогда меня не найдет.

– Если он сумел найти Сантьяго, то уж журналистку-то он найдет без следа. В вашей профессии главное – быть на виду.

– Я готова рискнуть.

– Как бы не так! Вы возьмете интервью, а потом расскажете Ангелу все, что видели и слышали.

Сантьяго откашлялся.

– Я хочу прогуляться и обдумать предложение Ангела. По возвращении я дам вам ответ.

– Я пойду с вами. – Молчаливая Энни вскочила с дивана.

Сантьяго покачал головой:

– Я хочу побыть один. И вернусь через несколько минут.

Он вышел из гостиной.

– Куда он? – спросил Каин.

– К скамье у пруда, – ответил Хасинто. – Он всегда уходит туда, когда ему надо подумать.

– Да о чем тут думать? – недоумевал Каин. – Не собирается же он соглашаться на предложение Ангела!

Хасинто пожал плечами:

– Кто знает?

Каин шагнул к Вере, схватил за руку, рывком поднял на ноги.

– Пошли.

– Куда вы ее ведете? – спросил Хасинто.

– На веранду. Я хочу с ней поговорить.

– Можете говорить здесь.

– Наедине.

Хасинто посмотрел Каину в глаза, потом кивнул. Через столовую Каин вывел Веру на веранду, приказал двери закрыться.

– Я не могу в это поверить! – Щеки Веры горели от волнения. – Наконец-то я его нашла!

– А теперь собираетесь убить.

– Я никого не убиваю. Я – журналистка. – Она коротко взглянула на него. – Раз уж мы коснулись этой темы, почему вы не убили его?

– Ситуация изменилась. Я встал под его знамена.

– И сколько он вам платит? – полюбопытствовала она.

– Ничего.

Вера изумленно вытаращилась на охотника за головами.

– Неужели и вы, как Молчаливая Энни, будете талдычить мне о том, какой он великий человек?

– Я не знаю, какой он великий, – ответил Каин. – Но прежде всего хороший человек. Мне таким никогда не стать. И борется он за правое дело.

– Он грёбаный преступник!

– Он – хороший человек, – повторил Каин. – И я не позволю его убить.

– Помнится, на Пегасе мы заключили некое соглашение.

– Вы нарушили его, присоединившись к Ангелу.

– Разве вы не получили послания Тервиллигера?

Каин кивнул:

– Получил. Он отправил его до того, как Человек-Гора Бейтс убил его, или после?

Глаза Веры сверкнули.

– То была правда!

– Тогда почему вы стали у Ангела девушкой на побегушках?

– Потому что он убедил Дмитрия Сокола отозвать контракт на мою голову.