Карнейро схватился за голову. Он готов был принять участие в любой афере своего компаньона, но участие в убийствах никак не входило в планы адвоката.

– Наше следующее доказательство еще более конкретно, – продолжал Дронго. – Только вы больше всех были заинтересованы в смерти Фармера. И именно вы вызвали его к бассейну. Он узнал от нас подробности гнусной аферы с Шокальским, которую организовал адвокат Карнейро, и понял, кто стоит за этими махинациями. Поэтому он позвонил Мурашенкову и заявил, что готов подписать предварительный контракт. Вы даже не подозревали, что контракт уже подписан. И когда он спустился к бассейну и рассказал вам о случившемся, вы были вне себя. Ведь отдав предпочтение русским, он разорял именно вас, сеньор Сильва. Вы не получали своих денег, продав убыточный отель и получив большие бонусы у компаний Солнечного берега. Все ваши попытки остановить или блокировать возможное соглашение Фармера с русскими оказались тщетными. Он рассказал вам о подписании контракта. И тогда вы выстрелили в него, а пистолет бросили в воду.

Но возвращаясь к отелю, вы вспомнили о патроне. Вы точно знали, что вскоре горничные начнут вечернюю уборку номеров. Нужно было сделать так, чтобы патрон от пистолета, из которого были убиты супруги Фармер, все же был найден в комнате Кэтрин и ее мужа. Тогда основным подозреваемым остался бы Энрико Вилари. Вам было необходимо, чтобы второй патрон попал к ним в комнату. Но войти в номер, не вызвав потом подозрений, вы не могли, – ведь у входной двери сидел полицейский. И вы придумали этот невероятный трюк, проделать который было под силу только вам.

Но и здесь вас тоже поджидала неприятная случайность. Вы точно знали, что все рестораны закрыты до семи и с этой стороны здания вас никто не увидит. При этом вы были осведомлены, что двери балкона в сьюите Кэтрин Фармер почти всегда открыты. Выбрав одну из запасных клюшек, вы встали на лужайке за дубом. Только такой чемпион, как вы, мог точно попасть патроном в балконный проем. В этот момент на террасе появились мы с Кэтрин. Вы даже представить себе не могли, что в ресторане все же окажутся два посетителя, поскольку ваш метрдотель не рискнет отказать известной американской актрисе. Едва мы вышли на лужайку, как патрон просвистел у нас над головами. Кэтрин, испугавшись, даже решила, что кто-то выстрелил в нас. Вы увидели нас и, бросив клюшку, сбежали. Но ваш удар был замечательным. Настоящий чемпионский удар, сеньор Сильва! Такой удар могли нанести только вы. В этот момент закричал Сарычев, обнаруживший Фармера, и я, машинально схватив валявшуюся клюшку, как орудие против возможного нападения, бросился к бассейну.

О последующих событиях, не злоупотребляя вашим вниманием, расскажу коротко. Я достал из бассейна пистолет. Затем вместе с Николаем Андреевичем мы вытащили из воды тело погибшего. А найденную клюшку мы с комиссаром отдали на экспертизу. Бросив клюшку, вы не подумали о самом главном. На ней остались ваши отпечатки пальцев. Вам и в голову не могло прийти, что найденную клюшку свяжут со вторым патроном в номере Кэтрин. Откуда вам было знать, что первый патрон забрал именно я.

Мануэль Сильва схватился руками за голову. Глаза наполнились безумием и страхом. Он озирался по сторонам, не зная, что делать и что говорить.

– Напоследок позвольте два совета, сеньор Сильва, – безжалостно продолжал Дронго. – Во-первых, никакая игра не стоит детских слез. Я видел, как вы обидели двух маленьких детей, накричав на них во время партии в гольф. Это было несправедливо и гадко. А во-вторых, не советую вам брать себе в адвокаты сеньора Алваро Карнейро. Полагаю, что после всего случившегося ему не разрешат больше заниматься адвокатской практикой. Хотя, конечно, в соучастии мы его обвинить не сможем. Вот против него у нас нет никаких доказательств.

– Как вы смеете? – вскочил со своего места Карнейро. – Я порядочный человек! И я только выполнял его поручения.

– Ну вот видите, – спокойно согласился Дронго, – он всего лишь готовил международную аферу, выполняя ваши поручения. И к убийствам не имеет никакого отношения.

– Негодяй! – рванулся к убийце Энрико, но жена удержала его за руку.

Инспектор полиции посмотрел на молчавшего все это время комиссара Брюлея и несмело спросил:

– Теперь я могу его арестовать?

– Да, – наконец изрек комиссар, – теперь вы можете предъявить ему обвинение в убийстве Сильвии и Джеймса Фармер. И еще одно замечание. Пока мой молодой друг искал другие доказательства, я внимательно осмотрел всю территорию не только вокруг бассейна. В мусорном ведре гольф-клуба лежал вот этот пластиковый пакет. Я думаю, именно в нем сеньор Мануэль Сильва принес пистолет с глушителем. Ведь такое оружие не помещается в карман обычных брюк для вашей любимой игры. Гольф – слишком аристократическая игра, чтобы носить на поле такие тяжелые пистолеты. – И Брюлей достал из кармана завернутый в целлофан пластиковый пакет с эмблемой отеля и инициалами его владельца. Увидев пакет, Сильва опустил голову и вдруг громко разрыдался.

Все было кончено. Убийца изобличен.

– Великий Боже, – прошептала Кэтрин, – два убийства ради какого-то контракта. Вы сошли с ума, Мануэль, вы просто спятили.

– Он обычный бизнесмен, готовый на все ради прибыли, – печально вставил Дронго.

Шокальский, торжествуя, что для него все завершилось благополучно, издевательски заметил:

– Откуда вам знать, что такое настоящие деньги, миссис Фармер. Вам они достаются гораздо легче, чем всем остальным.

Илона повернулась и посмотрела на него, после чего Шокальский поперхнулся и замолчал.