— Это правильно, — согласился Махов.

— А что касается этих монстров, так оно тоже к лучшему. Как бы это жестоко ни звучало, но они только утилизируют… органику, а из груза вряд ли что попортят. Они же не вандалы.

— Так они могут логова в модуле сделать… потом туда вообще носа не сунуть.

— Выкурим. Хорошая, кстати, ловушка получится, если эти твари окажутся съедобными. Жаль только, что вы ни одной не прихватили…

— Самим бы выбраться, не то что кого-то с собой прихватывать…

— Да я понимаю… Просто ворчу… А что если серьезно? Заманим их в модуль, потом задушим каким-нибудь газом или дымом на крайняк, вот и целая гора мяса. Надеюсь, у него хоть вкус получше, чем у каши этой…

— Хороший план. В первый раз, может, и сработает. Насчет второго уже не уверен. Очень уж они умно действовали.

— Посмотрим…

Подъемник быстро разобрали, сложили в грузовик и поехали. Поторапливаться действительно стоило, так как вот-вот займется рассвет, а вместе с ним вновь забушуют магнитные бури. Хотя на сегодня вроде не прогнозировалось. Но от жары точно никуда не денешься.

«Ничего, — подумал Эрик, глядя на светлеющий восток, — скоро на смену мегадня придет меганочь, солнца вообще не будет, тогда и температура пониже станет, радиация спадет и магнитные бури вообще беспокоить почти не будут…»

— Самолет… — произнес водитель.

Махов и Ремезов тут же посмотрели в указанную сторону. В небе действительно летел легкий одномоторный самолетик «стриж» на шесть мест.

«Элен вроде снова вертолет собирала, — с удивлением подумал Эрик. — Ей вообще самолеты не нравятся. Значит, это не она».

— «Крысы», — глухо проворчал Антон Николаевич.

— Думаете?

— Уверен… почти. Летит с запада, но ни у кого от нас до ближайшего сто двадцать второго модуля пилотов нет. Я узнавал. Значит, летун среди «крыс» нашелся. Удивлен.

— Может, у кого-то с той стороны каньона нашлись пилоты, и они делают разведывательный облет территории?

— Только на это и надеюсь… Но сильно сомневаюсь.

Как Махов и предполагал, стоило только ему прибыть домой, как на него набросилась Элен. Значит, все-таки разболтали.

— Ты же обещал!

— Извини. Если бы я на это не пошел, нас бы всех просто порвали…

Но Элен уже не слушала. Убедившись, что на нем нет ни царапины, девушка уткнулась ему лицом в грудь и немного повсхлипывала.

— Ну ладно… больше так не буду. Обещаю.

— Грош цена твоим обещаниям…

— Ну я же не специально… — развел руками Эрик. — Выхода другого не было. Хотел каре построить, да только…

— Понятно. У всех кишка оказалась тонка. Ладно уж, пойдем, поедим чего-нибудь… а то что-то меня после нервов на еду пробивает.

— Так может, просто не ела? А то я заметил — вертолет в полной готовности стоит, на солнышке заряжается.

— А ведь правда… я все приемы пищи пропустила, заработавшись. Впрочем, это неудивительно, учитывая, что за еду нам дают.

— Да уж…

Но есть пришлось всю ту же кашу. Хорошо хоть под конец им подали какие-то жареные коренья. Они оказались очень даже ничего, сладковатые. Жаль только, что такой еды как назло было немного. Закон подлости в действии.

— Типа конфеты к чаю, — усмехнулась Элен.

— Точно, — соглашаясь, хохотнул Эрик.

С заходом солнца Ремезов как всегда нагрузил всех трудоспособных людей работой. Каждому находил занятие. Кто по каким-то причинам не хотел работать, хандра одолела или из боязни, тех особо не заставляли, но действовало простое правило: кто не работает, тот не ест, только воду давали. Так что тут волей-неволей на работу пойдешь. К тому же страх у большинства людей перед опасностями чужого мира так или иначе притупился. Выбора-то у них нет, да и от судьбы не уйдешь.

Инженеры с большой осторожностью начали сливать остатки топлива из баков посадочных двигателей. Позже из них собирались сделать гранаты и даже небольшие бомбы. К последним изделиям уже готовили оперение и внешнюю оболочку из пластиковых коробок. В такие оболочки предполагалось закладывать колбу с топливом, а между колбой и внешним корпусом закладывать камень как основной поражающий элемент.

Поскольку от простого удара топливо не взрывалось, а только от огня (понятно, что для бомб такой запал не очень подходит), то в качестве запала приспособили патроны с мелкой дробью, все равно они в этом мире мало полезны. К капсюлю с помощью нехитрого приспособления подводился гвоздь и при падении на этот гвоздь происходил удар по капсюлю, порох, естественно, возгорался, дробь пробивала колбу с топливом, которое воспламенялось, и происходил взрыв. Ничего сложного. Плохо в данном случае только то, что гильзы безвозвратно терялись, а ведь их можно было бы переснарядить, если изготовить порох. Но тут уже не до мелочей. Выжить бы.