Принц смотрел.

— Что с тобой? — спросила Лорена.

Принц смотрел.

— Эй…

— Кто «она»? — прохрипел рыцарь. — Седрик?

Чародейка вздохнула, и этот вздох был из разряда «ну что с дурака возьмешь?»

— Твой оруженосец — девушка, болван! Ну это же надо! Причем эта дуреха еще и влюблена в тебя по самое некуда, а он и в ус не дует… — Лорена разразилась визгливым хохотом. — Нет, решительно все герои тупицы! Ты с ней еще и «мужские» разговоры, поди, разговаривал насчет меня и вообще!..

Кай закрыл глаза, но кошмар не исчезал.

Лысые снова потащили его к двери.

Герой шел как в тумане.

Может, все-таки стоило позволить чародейке превратить его в тритона?

Пока его вели по коридору, Лорена все смеялась, и ее отвратительный голос бил Кая по ушам.

Трудно следить за временем, когда лежишь без сознания посреди темной пещеры.

Когда Эмма очнулась, ей показалось, что над ее головой пролетело по меньшей мере пять столетий. На макушке вспухла шишка, весьма болезненно отзывающаяся на прикосновения. Принцесса зашипела от боли, отдернув руку.

Итак, что у нас тут?

Толком ничего не соображая, Эмма принялась шарить в темноте. Наткнулась на еще теплые угли костра, потом… это была чья-то нога…

Замерев от ужаса, принцесса набрала полную грудь воздуха для вопля, но передумала, когда услышала лошадиное фырканье.

— Буцефал.

Конек был не один. Октавий толкнул ее мордой, а кобыла Лорены ударила в пол копытом. Спящий Красавец все так же спал. Даже катастрофа не смогла заставить мула выйти из сладкой летаргии.

— Что теперь? — спросила принцесса.

Чувствуя себя законченной дурой (как вариант — набитой, точнее, побитой), Эмма сидела на полу. Воссоздать всю последовательность событий было трудно. Проклятая шишка на голове пульсировала в такт с биением сердца, фрагменты прошлого перепутались, не желая вставать на положенные места.

Она в пещере, где ее заперла колдунья. Это раз. И эта колдунья — Лорена. Два. Совершенно очевидно, именно сейчас она производит над Каем всякие злодейства. Это три…

Эмма вскочила, споткнулась в темноте, упала, поранив ладони об острые камни. Вскочила снова — уже с настоящим львиным рыком на устах, заставившим дрожать стены. Редко, очень редко она чувствовала такую злость, как сейчас.

Принцесса топнула ногой. Послышался треск. Она не видела трещин, змеившихся по полу, но очень хорошо их себе представила. Вспомнила, как сдвигались камни, закрывая вход в пещеру. А Лорена — чародейка не из слабых. Кому еще под силу такое? А как дурачила эта негодяйка окружающих своими чарами!

Лошади вопросительно молчали в темноте. В пещере было довольно душно. Очень скоро им всем перестанет хватать воздуха, несмотря на щели в потолке. Они явно не справлялись с вентиляцией.

Эмма озадаченно потрогала шишку.

Лорена обещала вернуться, и тогда никому не поздоровится, уж ей-то точно. Значит, чем быстрее она возьмет ноги в руки, тем лучше.

Но как?

Принцесса добралась до камней, блокирующих вход, ощупала их на предмет какой-нибудь лазейки. Лазейки не было, Лорена позаботилась, чтобы пробка была герметичной.

Стойте!

Эмма хлопнула себя по лбу и сказала:

— Дорогая, ты просто идиотка. Видимо, падение окончательно лишило тебя мозгов.

Что ж — не каждый день со всего маха врезаешься в каменный пол, верно?..

Эмма размяла пальцы, потрясла кистями. Она всегда с большой опаской относилась к идее применять свою силу. Легко было совершить ошибку и переборщить, но в данном случае ее страхи значения не имели. Пожалуй, впервые в жизни свой врожденный дар принцесса могла применить с пользой для дела.

Вцепившись в самый крупный камень, лежащий в середине, Эмма потянула. Почти не ощутив сопротивления, она передвинула его на полметра. Лежащие на нем булыги задвигались. Она переключилась на них, осторожно снимая и кладя в сторону. С потолка пещеры сыпалась мелкая крошка, и сама земная твердь откликалась на вторжение каким-то глухим настораживающим скрежетом.

Эмма работала медленно. Будет весьма скверно, если на голову ей обрушится свод. Сила, увы, не дает бессмертия и неуязвимости.

Наконец появился проход, достаточный для того, чтобы пролезть человеку. Принцесса встала на колени и сделала несколько вдохов. Снаружи было утро, такое манящее, такое спокойно-золотистое от восходящего солнца, что принцессе захотелось побыстрее покинуть это проклятое место. Однако оставались лошади, для которых проход нужен явно побольше.

Расчистка завала продолжалась еще минут десять.