— Это тебе, Катюша, — улыбнулся Наумов.

— Спасибо, — растроганно сказала Катя, принимая подарок.

— Да не переживай ты так, — снова ободряюще улыбнулся он, — все будет в порядке. Вот увидишь.

Оставив машину в подземном гараже, они, прихватив с собой пакеты и свертки, поднялись на третий этаж, Игорь ключом открыл дверь квартиры, пропуская Катю вперед.

— Давай, Катюша, не стесняйся.

Девушка прошла в прихожую и робко остановилась у небольшого кожаного диванчика.

Наумов прошел следом, закрыл дверь, сгрузил пакеты на пол, снял куртку, шапку и ботинки, убрал все в высокий стенной шкаф. Предложив поставить коробочку с орхидеей на столик у дивана, помог раздеться Кате, вытащил из бумажного магазинного пакета, голубые тапочки, купленные специально для неё, потому что её «зайчики» остались дома и вытряхнул их под ноги девушки.

— Кать, разувайся и проходи. Сейчас мы с тобой быстренько накроем стол, а потом я проведу тебя по квартире. — Он прошел куда-то вглубь комнат, а Катя осталась, с любопытством оглядываясь.

В прихожей Наумова, в которой с легкостью смогли бы разместиться штук пять малюсеньких коридорчиков Катиной съемной квартирки, стоял кожаный диван, над которым висела очень качественная репродукция картины Пикассо. Рядом с диваном — стеклянный столик в стиле хайтек с хрустальной пепельницей. Встроенный шкаф с зеркальной дверью. Черно-белая стена из матово блестевшего стекла с раздвижной дверью, отделяла комнаты от прихожей. Высокий потолок, с встроенными светильниками. Паркет из какого-то черного дерева. Стильно. Дорого. Не уютно. Как будто хозяин квартиры в уюте просто не нуждался, или забыл — что это такое.

Тихонько вздохнув, Катя взяла со столика подарок и прошла в дверь, за которой оказалась столовая, отделенная от кухни барной стойкой с тремя высокими табуретами. Кухня, в которой, как заправская хозяйка, вовсю хлопотал Игорь, представляла собой, суперсовременную сплит-систему, выполненную все в том же стиле хайтек. Встроенные холодильник под потолок, варочная панель, посудомоечная машина, микроволновка, жарочный шкаф — все это холодно блестело и напоминало рубку космического корабля, а не кухню. Серые жалюзи с металлическим отливом на окне. Молочно — белые стены. На черной столешнице гарнитура стояли кофемашина, кофемолка, электрический чайник, тостер и много ещё чего электрического, что облегчало современному человеку жизнь. И окончательно уничтожало уют.

Катя привыкла к чайнику со свистком, который нужно выключать самой, а не ждать, пока услужливо щёлкнет кнопочка автоматического отключения. К старой ручной кофемолке из тёмного дерева, которая принадлежала еще её бабушке. К тому, что если хочешь выпить кофе, то варить его нужно в турке. К занавескам в голубой цветочек, бежевым стенам и вязаным кружевным салфеткам… Ко всему, что осталось в их с Дашкой маленькой квартирке. Там все было уютным и теплым, а здесь… Здесь было ощущение, что она находится не в квартире, а в студии модной передачи, типа «Квартирный вопрос».

Столовая мало чем отличалась от кухни, разве что окна были забраны мягкими римскими шторами, в углу стоял большой вазон с настоящим фикусом Бенджамина, а круглый стол в окружении кожаных стульев с высокими спинками, на данный момент был застелен накрахмаленной до хруста белоснежной скатертью.

Пока Катя сервировала стол, поданными Гошей столовыми приборами и тарелками, хозяин квартиры занимался продуктами. Наколол льда в сверкающее ведерко и засунул в него бутылку «Мадам Клико». Достал из бара любимую отцом бутылку «Чивас Ригала». Высыпал в плетеную корзинку клубнику, порезал ананас и уложил в вазу фрукты. Сделал сырную и мясную тарелку, тонко порезал длинный багет. И все это быстро, четко — ни одного лишнего суетливого движения.

Потом все это перенес на сервированный Катей стол и отошел в сторону — полюбоваться на дело рук своих. Стол действительно вышел просто загляденье.

— Ну вот, Катюша, мы справились, — улыбнулся он и взял её за руку, — у нас еще даже есть время в запасе. Пойдем, я покажу тебе квартиру.

Сначала, они вышли в коридор, и он показал ей, где ванная, потом, они на минутку задержались в большой гостиной с дорогой мебелью, шикарным камином, белокожим диваном и плазменной панелью в полстены. Игорь открыл дверь в следующую, примыкающую к ней и отделенную от гостиной лишь непрозрачной матово-стеклянной стеной, которая оказалась спальней с огромной аккуратно застеленной полукруглой кроватью.

— Но это же…

— Спальня, — подтвердил Наумов. — Но пока ты будешь здесь жить, она будет твоей комнатой. Нужно же тебе свое личное пространство.

— Но, я не могу… А как же вы?

— Катя, — предупредительно сказал Гоша, — мы вроде как договорились с тобой. Прекрати мне «выкать».

— Извини. А как же…ты? Это же твоя спальня.

— Я пока поживу в гостиной. Диван раскладывается, так что переживу как- нибудь…

Катя снова хотела было возразить, но из прихожей раздался звонок. Звонила консьержка, предупреждая о приходе родителей Игоря.