Шрифт:
– Удачи.
Едва Элис положила трубку, как телефон снова зазвонил. Стивен! Теперь это точно он. Наверное, не мог дозвониться из-за болтушки Бритни.
– Алло! – с нескрываемой радостью воскликнула Элис. – Где ты?
– Мм, вообще-то на работе. А вот ты где, моя ненаглядная?
– Филипп…
– Могла бы так явно не показывать, что разочарована. Потешила бы мое самолюбие. Кого ты ожидала услышать? – Не дождавшись ее ответа, Филипп продолжил: – Поздравляю. Вы с Бритни совершили вчера настоящее чудо. Вот уж не думал, что вам удастся так быстро уломать Ван Калмаров.
– Мы старались.
– Надеюсь, не переусердствовали? – Филипп хохотнул. – Элис, я хочу, чтобы ты вернулась в «Априори».
– Хм, это все?
– Нет, еще я хочу извиниться. Я вел себя как настоящий негодяй. Ты ведь меня знаешь. Когда я в гневе, то мои слова опережают мысли. Я вовсе не считаю тебя беспринципной карьеристкой.
– Спасибо хоть за это, – холодно ответила Элис.
У нее начиналась мигрень. Она слегка помассировала виски, но, исчезнув на мгновение, боль появилась вновь. Причем стала значительно сильнее.
– Элис, я не умею просить прощения.
– Особенно с непривычки, – ввернула она.
– Я такой, какой есть. Раньше мы неплохо ладили, почему бы не вернуть старые, добрые времена?
– Потому что машину времени пока не изобрели. Прошлое осталось в прошлом.
– Так давай оставим там и обиды.
– Я уже не обижаюсь на тебя.
– Тогда ты вернешься, да? Займешь прежний кабинет, если, конечно, Бритни не станет возражать. Можешь приступить к своим обязанностям хоть сегодня.
– Мне нужно подумать.
– Элис, о чем тут думать?! «Априори» – твоя жизнь. Все, что ты любишь и ценишь, так или иначе связано с агентством.
– Филипп, ты ошибаешься. Теперь все изменилось. В моей жизни появились другие… более ценные вещи.
– О, если ты о Стивене, то… Не представляешь, как я ценю то, что ты не согласилась работать в «Стар медиа».
– Я сделала это не ради тебя, – огрызнулась она в ответ.
– В любом случае мне было приятно.
– Когда тебя ждать?
– Филипп, ты ведь никогда не отступаешь, да? Если поставил цель, то не успокоишься, пока не достигнешь ее. Я ведь уже сказала, что мне нужно время все хорошенько обдумать.
– Сколько? – резко перейдя на деловой тон, спросил Филипп. – День, два, неделя? Ну месяц на такое пустячное решение я тебе не дам.
В этом был весь Филипп. Именно таким Элис его и любила. Разумеется, чувство к бывшему боссу отличалось от любви, которую она испытывала к Стивену. Она восхищалась Ллойдом и уважала его за отменные деловые качества. Взять хотя бы ее. Стоило Филиппу позвонить, извиниться, где надо польстить – и пожалуйста. Элис уже готова снова превратиться в одну из рабочих лошадок в упряжке Ллойда.
– Пару дней. У меня сейчас кое-какие личные проблемы…
– Всего-то? Успеешь управиться за два дня.
– Надеюсь, – сухо ответила Элис, дав понять, что разговор о ее личных проблемах закрыт.
В конце концов от нее сейчас мало что зависело. Оставалось ждать, пока Стивен Райн даст о себе знать. И дай бог, чтобы ожидание не растянулось на недели и месяцы. Элис уже не была уверена ни в чем. Меньше всего в самой себе.
9
– Я знал, Элис, что ты примешь верное решение!
Филипп приобнял Элис за плечи. Заметив, что приветственный жест ей не по вкусу, он благоразумно отстранился, чтобы не испытывать судьбу. Потерять драгоценную сотрудницу во второй раз ему хотелось меньше всего.
– Верное? – усмехнулась она в ответ. – Мне бы твою самонадеянность.
– Ты сегодня в особенно дурном настроении, как я посмотрю. Что, двух дней на улаживание личных проблем оказалось недостаточно?
Элис подозрительно покосилась на Филиппа. Неужели Бритни растрепала всем, что Стивен сбежал? Ну пусть только попадется на глаза!
– Филипп, личные проблемы называются так, чтобы другие не совали в них свой чересчур длинный и любопытный нос.
– Значит, это правда. Райн сбежал.
– Откуда ты знаешь?
– Ну до меня дошли кое-какие слухи… – расплывчато ответил Филипп. – Скажем так: утечка информации в стане конкурентов. С уходом Стивена «Стар медиа» потеряла львиную долю перспективных клиентов. Не удивлюсь, если он прихватил с собой и кассу.
– А ты и рад, – язвительно заметила Элис, одарив Филиппа презрительным взглядом.