Джейн повернулась к Робу, тот с безумным видом все еще смотрел в пустоту.

— Ты слушаешь? — спросила она, ткнув Купера локтем.

Роб медленно сфокусировал взгляд на жене и растянулся в счастливой улыбке.

— Что мне слушать? — Он засмеялся. — Я чертовски богат. Я не должен ничего слушать!

— Должны, — спокойно сказал ему Ингланд. — Вы должны слушать очень внимательно.

Почувствовав, что происходит нечто странное, Мик заерзал на стуле и достал свою банку из-под табака.

— Говорите, мистер Ингланд, — сказал он, нервно сдергивая крышку. — Мы все слушаем вас.

— Ну, — начал Ингланд, отпив кофе и бросив предупреждающий взгляд на табачную банку Мика, дабы тот даже не думал закурить. — Как я уже говорил Роберту, у Артура и его жены не было детей, после ее смерти в тысяча девятьсот восемьдесят третьем году он остался без прямых наследников. Поэтому Артур посвятил все свое время созданию различных компаний, и весьма преуспел в этом. Около десяти лет назад к нему обратился местный футбольный клуб с просьбой помочь преодолеть определенные финансовые трудности. В результате дело закончилось тем, что Артур купил весь клуб, чтобы спасти его от банкротства. Однако он не взял на себя обязанности по управлению клубом, а назначил номинального президента, чтобы тот поддерживал жизнедеятельность организации, пока не найдется заинтересованный и благонадежный покупатель. К сожалению, такого покупателя не нашлось, поэтому Артур не смог избавиться от клуба.

— Досадно, конечно, — заметила Джейн. — Но коли он был таким уж успешным бизнесменом, то почему…

— Если вы разрешите, я продолжу, — резко прервал ее Ингланд. — Мистер Купер много лет болел за вышеупомянутый клуб и два-три года назад решил инвестировать в него крупную сумму, полученную от продажи двух из трех оставшихся у него на тот момент компаний.

С каждым новым словом Ингланда Роб прислушивался к адвокату все внимательнее. Ему не нравилось то, к чему шел рассказ. Совсем не нравилось. И быстрый взгляд в сторону отца подтвердил, что он не был одинок в своих опасениях.

— Можно спросить… — произнес Роб тревожно. — Клуб, о котором идет речь, это… «Сити»?

Очередное нажатие красной кнопки. Бомба номер три.

— Да, Роб. Речь идет о «Сити». Ваш дядя был крупнейшим акционером клуба.

Роб сглотнул, сделал глубокий вдох и выдох, потом зажмурился и спросил:

— Это значит, что теперь владельцем «Сити» являюсь… я?

— Да. Точнее, владельцем девяноста процентов его акций.

— Это и стадион, и игроки, и все остальное?

— Клуб — часть наследства? — спросила Джейн, которая пыталась уяснить для себя, каким образом и почему ими обсуждается футбольный клуб, являвшийся источником ненависти и раздражения на протяжении многих лет. Спустя всего две минуты после ошеломительной новости о том, что у нее теперь есть шесть с четвертью миллионов фунтов, Джейн была пока не в состоянии быстро воспринимать другую информацию.

— Да и нет.

— Эй, эй! Подождите-ка! — возбужденно завопил Мик. — Мой родной сын — владелец…

— Да, да, он владелец вашего дурацкого «Сити», — бросила в его сторону Джейн. — Но, мистер Ингланд, что вы хотите сказать? Да и нет — как это? Если клуб — имущество, то тогда…

Ингланд улыбнулся и мысленно потянулся к воображаемой красной кнопке. Но прежде чем он успел нажать на нее, Роб и Мик оба зашлись в истерическом хохоте, а потом и вовсе подскочили, стали прыгать и обнимать друг друга. Адвокат наблюдал за ними с живым интересом. Все складывалось даже лучше, чем он мог надеяться.

— Охренеть! Нет, ты понимаешь, что это значит? — кричал Роб, захлебываясь от восторга. — Это значит, что я могу просто уничтожить «Сити». Господи, да это же мечта любого футбольного фаната!

— Только подумай, как взвоет вражье отродье! — радостно подхватил Мик. — Ух, мы им покажем!

— Да уже через неделю у меня все игроки отправятся на биржу труда, а то корыто, которое они называют стадионом, продам под застройку, — сказал Роб, потирая руки от предвкушения. Он тараторил не умолкая, переполняемый радужными перспективами. — Много с этого не получишь, весь тот район — поганая дыра, ну и черт с ним! Боже мой, да я могу задаром отдать землю! С ума сойти! Нет, ты представляешь, как здорово будет, если их дрянной стадион сравняют с землей? Буду продавать билеты! Да я заработаю целое состояние! Черт, у меня ведь уже есть состояние! — И он снова дико захохотал.

— Давайте пока не будем слишком увлекаться планами, — негромко проговорил Ли Ингланд и взял в руки тот белый конверт, который несколько минут назад с таким тщанием укладывал на стол. — Прежде вам стоит прочитать вот это. — Он протянул конверт Робу. — Тут есть кое-какие уточнения…

От Джейн не ускользнул тон его замечания. Она, слегка обеспокоенная, раньше Роба взяла конверт и вытащила оттуда два листа бумаги формата А4. Видя, что она начала читать, адвокат откинулся на спинку кресла и стал с улыбкой ждать. Четвертая — последняя и самая мощная из всех — бомба выпущена.

Через минуту-другую Джейн подняла голову. Ее лоб пробороздили морщины, свидетельствуя о том, что содержимое письма усваивается с трудом. Адвокат только кивнул ей понимающе, и она снова направила взгляд на текст. Когда она дочитала до конца, то посмотрела на Роба, потом на Мика и затем снова на Роба. После чего вернула письмо Ингланду.

— Прошу вас, прочтите вслух. Я бы очень хотела увидеть их лица, когда они услышат это.

— Что? — спросил Роб, заподозрив неладное. — Что там?

Ингланд жестом попросил его и Мика сесть, после чего приступил к чтению.