И тут Жак улыбнулся:

– А вот это уже похоже на правду… Солдаты не могут бездельничать - им не положено… Поэтому начальство всегда придумывает им работу…

Жак Рано походил по комнате еще какое-то время, и наконец, принял решение:

– Хорошо! Будем считать, что я тебе поверил!..
– Проговорил он, и сложил ноутбук в чемоданчик.
– Но мне очень не нравится, когда за мной следят! А поэтому… Если еще раз замечу слежку - вызову полицию!..

Отставной лейтенант подошел к двери комнаты для «особых гостей», открыл ее, посмотрел в зал, а потом вернулся к Баранову, развязал ему ноги, схватив его за шиворот, как котенка, и поволок за собой к выходу из ресторана.

И уже в самих дверях проговорил строго:

– А теперь, лейтенант Баранов, запомни, и передай своим друзьям… Если здесь хоть что-то произойдет, то вся ваша компания окажется в полиции!
– Он снисходительно улыбнулся.
– Эх, ты, горе-сыщик! Как же тебя на такую работу-то взяли, дурачок?..

Одним взмахом острейшего ножа, Жак перерезал тонкую веревку на запястьях лейтенанта Баранова, открыл дверь ресторана, вытолкнул из него горе-сыщика, да еще и поддал ему ускорение пинком под зад, проговорив напоследок:

– Пошел вон отсюда, шпион-недоучка!..

Жак постоял несколько мнут на пороге «Караван-сарая», пристально вглядываясь в затемненные стекла микроавтобуса.

Затем он посмотрел на то, как лейтенант Баранов встал с асфальта, и стал отряхивать свои брюки, растерянно оглядываясь по сторонам, нагло улыбнулся во весь рот сторону автомобиля, уверенный в том, что оттуда наблюдают за всем происходящим, и скрылся внутри ресторана, закрыв за собой входную дверь…

9 июня 2008 г.

Москва. Управление ФСБ…

За глупость надо отвечать!..

…Был уже вечер, когда к генералу Гришину в кабинет пришел полковник Тесленко…

– Ага! Николай!
– Обрадовался генерал, постоянно ожидавший хороших известий из Марселя.
– Появились какие-то новости? Проходи, садись, докладывай!

Но полковник прошел на середину кабинета, и остался стоять.

– Ну что там, в Марселе, Николай?
– Генерал сгорал от нетерпения.
– Удалось что-то выяснить про этого Игнатьева? Чего молчишь?

Полковник как-то странно посмотрел на генерала, и проговорил загробным голосом:

– Удалось установить, что Игнатьев под именем Жак Рано пять лет, начиная с 2002 года, прослужил во Французском Легионе, и дослужился до чина «лейтенант». Место службы Африка - Джибути, Сомали, Эритрея, Эфиопия… Последний год он на пенсии… Владеет небольшим рестораном… Проживает в небольшой квартире… Это все, что удалось узнать, товарищ генерал-майор… О месте его пребывания с 98-го по 2002 год ничего не известно…

Гришин как-то подозрительно посмотрел на Тесленко, и спросил, прищурив один глаз:

– А что это за официоз такой, Николай? Да и ты весь какой-то… Словно тебя из мясорубки вынули?

Полковник едва заметно вздохнул, заранее предполагая генеральскую реакцию, проговорил, наконец:

– У нас ЧП, товарищ генерал-майор… В Марселе…

От добродушного человека в генеральском кресле в один миг не осталось и следа! Здесь уже был палач-экзекутор:

– Докладывай, полковник!
– Проговорил он тихо, но требовательно.

– Сегодня днем Игнатьеву удалось захватить одного из наших сотрудников…

– Что-о-о?!!
– Это был рык раненного льва.

– Самый молодой сотрудник… Техник группы… Лейтенант Баранов…

– Повтори, твою мать!!!
– Лицо генерала стало пунцовым от ярости.

– Игнатьев допросил Баранова… Он хоть и знает теперь, что за ним установлено наблюдение, но уверен, что это просто случайная разработка, и его она никак не касается… - Проговорил полковник, уставившись в одну точку на стене.
– Лейтенант хоть и попался… Да оно и немудрено - у Игнатьева боевая спецподготовка, а Баранов просто «технарь»… Но… Все же молодец… Сумел в критической ситуации не раскрыть все задание…

Гришин медленно вышел из-за стола, и сбоку подошел к полковнику:

– Слышь, Тесленко!
– Проговорил он негромко.
– Посмотри-ка на меня…

Полковник повернул голову, и…

Генерал кулак, смачно впечатавшись в челюсть полковника, опрокинул его на паркет кабинета…

Полковник, сидя на полу, тряхнул головой отгоняя разноцветных «мух», утер кровь с разбитой губы, и проговорил без злобы:

– Хорошо прилетело… Как конь лягнул… Да и правильно, сам виноват - на ответственное направление неопытного сопляка поставил… - Он поднялся на ноги, и открыто посмотрел генералу в глаза.
– А у вас, Иван Сергеевич, рука оказывается тяжелая… Да и удар правильно поставлен…