Шрифт:
Гришин посмотрел на телефонную трубку словно это была какая-то диковинная, раритетная вещица, буркнул:
– Хорошо.
И положил трубку на аппарат:
– Значит, ты меня и здесь переиграл, «морской майор»… Ну, да ничего!.. Есть у меня в арсенале еще кое-что, чтобы заставить тебя работать так, как мне это надо!..
Гришин побродил по комнате, зачем-то вышел в кабинет, затем вернул ся обратно и опять взял телефонную трубку:
– Дежурный! Машину мне! Через десять минут!
– Но… Вы же приказали отпустить вашего водителя, товарищ генерал-майор…
– Подполковник!
– Рявкнул Гришин.
– Значит, найди дежурного водителя! Или это мне за тебя делать?!!
– Никак нет, товарищ генерал! Машина будет у подъезда!
– С этого надо было начинать, подполковник!
Генерал положил трубку на аппарат, а потом, словно что-то вспомнив, порывисто схватил ее снова:
– Дежурный! Гришин говорит! И еще одно!.. Свяжитесь с группой наблюдения, работающей по объекту «Варвара»! Мне нужно знать, где сейчас находится объект!
– Т-товарищ генерал!.. Есть приказ, запрещающий выход на связь с этой группой, за исключением экстренных случаев… Группа работает автономно, в режиме односторонней связи…
– Чей приказ?
– Н-не понял, товарищ генерал…
– Чей это приказ, я тебя спросил, подполковник!
– Рявкнул Гришин так, что звякнули хрустальные стаканы, стоявшие на столике.
Последовала небольшая пауза, и дежурный проговорил:
– Н-начальника управления, генерал-майора Гришина…
– Отлично!!! А кто я такой?!!
– Генерал-м-майор… Прошу прощения, товарищ генерал!.. Я сейчас свяжусь с группой!
– Сколько ты служишь в моем Управлении, подполковник?
– Гришин уже не злился, поняв, что уже и так нагнал достаточно страху этому офицеру.
– Давно?
– Никак нет, товарищ генерал! Второй месяц…
– Откуда прибыл?
– По переводу из Новосибирского управления…
– Я подумаю, подполковник!.. Возможно тебе уже пора возвращаться обратно!..
Гришин зло бросил трубку на аппарат:
– Идиоты! Сколько же вокруг идиотов!!!
Он вновь облачился в строгий костюм, и ровно через десять минут уже садился в свой бронированный «Мерседес»… …Черный лимузин несся по Москве, распугивая водителей синей мигалкой, а иногда и сиреной-«крякалкой», а Гришин сидел на заднем сидении, словно нахохлившийся в холод воробей, и думал, ворочал в голове тяжелые мысли:
«…Ладно… С Ананьевым не получилось… Если этот старый лис решился со мной поиграть, зная в каком состоянии его внучка, то теперь, когда ей сделали операцию, он может меня послать открыто… А то, что у него наверняка есть кто-то из своих людей, кто может сообщить, что с девчонкой теперь уже все в порядке, я почти уверен… Ну а на все мои обещания о Флоте ему просто наплевать, даже если и поверил - не в том он уже возрасте, чтобы на службу рваться!..
– Генерал смотрел на пролетавшие мимо окна служебного автомобиля, освещенные огнями московские улицы и проспекты.
– Ладно!.. Мы попробуем зайти к воскресшему лейтенанту с другой стороны… Авось и получится!..»
Где-то неподалеку мелькнула в окне «Мерседеса» Останкинская телевышка, освещенное множеством огней кольцо обозрения на ВДНХ, и автомобиль, свернув с широкого проспекта Мира, запетлял по более узким, и менее оживленным уличкам Москвы…
И наступил момент, когда тяжелый ведомственный лимузин остановился у подъезда «сталинки»:
– Мы на месте, товарищ генерал!
– Проговорил водитель, не оборачиваясь.
– Приехали!..
– Жди!
– Только и проговорил Гришин.
Он вышел из «Мерседеса», огляделся по сторонам, и решительным шагом направился к входной двери… …22.15, вечер… …В квартире только-только угомонились…
Женщина отошла от детской кроватки, всего несколько минут убаюкав малыша. Она заглянула в другую комнату, где за письменным столом при свете настольной лампы над тетрадями и книгами с очень серьезным и сосредоточенным лицом склонился мальчишка лет четырнадцати…
– Сереж… Ложись спать!..
– Ща, мам! Ща! Только одну задачу решу, и все!..
– Ведь опять до самого утра сидеть будешь со своими задачами!
Мальчишка посмотрел на женщину не по возрасту взрослым взглядом:
– Мам! Но ты же знаешь - у меня всероссийская Олимпиада на носу!
– Сереж! Июнь на дворе! Лето! Каникулы! А твоя Олимпиада только в ноябре будет!
– Вздохнула женщина.
– И не надоела тебе эта математика в лицее? Все каникулы на нее потратишь… Вон, под глазами уже синие круги!..
– Я не только математикой занимаюсь, мам!
– Ответил парнишка.
– Ты же знаешь, что я еще и на самбо хожу! Как мой отец хотел!..
Во взгляде Варвары что-то изменилось, и она проговорила едва слышно: