– Этот утюжок, матросы, мы и будем охранять снизу… - К ним подошел лейтенант Караулов.

– А долго?
– Спросил у офицера Скат.
– Такую махину охранять упаришься…

– Столько, сколько прикажут, матрос… И охранять надо будет хорошо… Оч-чень по Стараться надо будет!.. От этого, бойцы, многое зависит…

Их баркас приближался к высокому борту крейсера, и по мере его приближения, у бойцов начинало расти внутреннее напряжение. Словно какой-то настройщик постепенно подтягивал струны внутри головы, и нервы уже начинали потихоньку звенеть, как те струны… …- Слышь, Вовчик?
– Прошептал Скат в тишине…

Заканчивались уже вторые сутки их пребывания на «тюрьме народов»…

И водолазы устали…

Устали от бесконечных погружений и патрулирования вокруг крейсера…

Группа Караулова насчитывала 16 человек, которые были разбиты на «боевые четверки». Они постоянно сменяли друг друга на подводной вахте. Водолазы уходили под воду, а потом разделялись на пары и начинали циркулировать вокруг крейсера, пока их не сменяли следующие.

Катран и Скат, как самые молодые и неопытные, вошли в «четверку» лейтенанта, ну, и еще главный Старшина Бабич, он же Спрут, прозванный так за мощные и ловкие руки самбиста. Остальными «четверками» командовали три мичмана…

– Че те, Саня?
– Сонно ответил Владимир.
– Спи! И мне дай поспать… А то в глаза уже хоть спички вставляй…

– Я тут слышал, когда в гальюн бегал… Пацаны калякали… Говорят, шо этот «лапоть» завтра снимется с «яшки»…

– Это хорошо, если это не «фанера летала».
– Сонно ответил другу матрос Ечин.
– Значит и мы домой почапаем… Если другой задачи не придумают…

Новость, которую случайно услышал Скат, действительно была хорошей - если крейсер и в самом деле уходил наконец-то из зоны учений, то и их работа по его охране была окончена. Можно было бы порадоваться, но сил не хватало. Устали, пацаны… И даже не столько физически, сколько морально - никто не хотел получить «адмиральский фитиль» от Главкома… …Что-то странное было в сегодняшнем погружении…

Они, как и раньше, уходили под воду со своего баркаса, только сегодня, почему-то, на нем была вся группа… Видимо что-то изменилось, если Атас отправлял сегодня на патрулирование по восемь человек. Сергей терялся в догадках, но «тайна» открылась сама собой:

– Значит так, матросы… - Проговорил лейтенант на инструктаже перед погружением.
– Сегодня учения добрались и до нас… Поставлена задача, отразить подводное нападение на «адмиральский утюг», и предотвратить его минирование… Ни время, ни состав нападающих не известны… Но…

Лейтенант улыбнулся одними уголками рта: -…Но есть одно сообщение… После пятой склянки (имеется в виду после 17.00) «Жданов» уходит из района учений в Новороссийск…

– Уже легче… - Проговорил один из мичманов, входящих в состав группы.
– Значит, напрягаться будем всего восемь часов, а не целые сутки…

Лейтенант продолжил: -…Мужики против нас будут играть очень серьезные!.. Я кое-кого из них знаю… - Продолжил тем временем лейтенант.
– И церемониться особенно они не будут!.. Поэтому!.. Наша задача - не подпустить их к «утюгу»! Но и помнить при этом, что они хоть и «супостаты», но всего-лишь условные!.. Ни «глушить», ни топить, сами понимаете никого не надо! Наша задача, при обнаружении противника - заставить его всплыть! Вопросы?

Ответом было молчание.

«…Заставить всплыть!
– Подумал тогда Володя.
– А как ты его заставишь?!! Он че пионер?!! А если врезать хорошенько, то еще и захлебнуться может, мать его… А тогда вообще будет жопа!.. Ладно… Посмотрим… А там уж как получится…»…

И группа Атаса ушла на патрулирование… …Они шли под водой «журавлиным клином»…

Красиво шли! На глубине около 2 метров…

«…На этой глубине наибольшая турбулентность воды и очень низкий расход воздуха!.. Кроме этого, на движущегося разведчика-диверсанта не реагируют акустические приборы. Плыть в таком режиме чрезвычайно тяжело, но это высший пилотаж для водолаза… - Вспоминал Сергей все наставления, которые получал от «Старого» мичмана, начальника водолазной под Гунновки.
– Восемь! Как и нас… Только они «тяжелые», с мешками, а еще мы снизу! Так что… Прорвемся!..»

Сергей посмотрел на лейтенанта, который, и это было заметно даже здесь, в подводном сумраке, напрягся и всем своим видом был теперь похож на стрелу лука, готовую в любую секунду отправиться к цели…

Полчаса назад, восемь боевых пловцов во главе с лейтенантом, покинули борт баркаса и…

Опустившись на 12 метров, отправились в сторону берега…

Лейтенант, конечно, рисковал, покидая зону патрулирования, но замысел его был понятен всем… Диверсанты наверняка не будут ожидать нападения в трех кабельтовых от крейсера - далековато для непосредственной охраны крейсера… Так и получилось… ..Их противники не особенно-то и торопились к своей главной цели, они шли медленно, и даже как-то «лениво», неторопливо перебирая ластами. Были настороже? Конечно же! А как же иначе? Но… До флагмана было более полукилометра, говоря «сухопутным языком», времени, до установленного срока - «вагон и маленькая тележка». Можно было позволить себе особенно не торопиться.

Тем более что ни с какого надводного судна заметить их было практически невозможно - ИДА не раскрывает пловца шлейфом пузырьков в воде при дыхании…

Задача у «супостатов» была проста, как три копейки сдачи - без суеты подойти к крейсеру, пришлепнуть к его корпусу несколько магнитных «мин», и так же, «без шума и пыли», как сказал бы Лелик, отвалить восвояси… …Володя посмотрел на лейтенанта, который несколькими скупыми знаками пальцев ставил боевую задачу своим бойцам.

«…Их тоже восемь, но у четверых небольшие резиновые мешки, с минами, наверное… - Подумал матрос Ечин.
– Значит, они тоже будут работать парами - один лепит «лягушку», второй прикрывает… Зачем Атас разбил нашу группу на «двойки» понятно. Не понятно другое - на хрена он увязался за ними, почему не атаковать сейчас, на дальних подступах, чего он ждет?!.»