— Едем по Ленинградскому шоссе, теперь проезжаем Ленинградский мост через Химкинское водохранилище. Смотрите, справа Северный речной вокзал. А теперь, Эдуард Карлович, мы выехали на Ленинградский проспект. Вот видите, справа городской аэровокзал, далее слева, посмотрите, спорткомплекс «Динамо». Переезжаем Садовое кольцо, и вот мы на Тверской улице. Справа памятник Пушкину, а слева «Макдоналдс». Далее сворачиваем на Охотный ряд. А вот посмотрите, Эдуард Карлович, слева здание Го-сударственной Думы, где, как вы знаете, сейчас идет политическая «трескотня». А вот впереди и знаменитая Лубянка. Сворачиваем направо, далее проезжаем площадь Ильинские ворота, Славянскую площадь, а вот «Варварка» и гостиница «Россия» к вашим услугам. Номер «люкс» заказан на ваше имя, располагайтесь и отдыхайте, обед уже в номере. Через три часа я буду вас ждать на этом же месте, уважаемый Эдуард Карлович. Наши люди будут вас сопровождать, не волнуйтесь.

И действительно, когда Брокман вышел из автомобиля, его чемодан уже подхватил рослый парень и, улыбнувшись, понес его в гостиницу. Брокман проследовал за ним. Боковым зрением он уловил еще двоих, которые его сопровождали сбоку. Он поднялся к себе в номер. Смежные комнаты были шикарные. Стол был накрыт на английский манер, со вкусом, присущим только богатым людям. Около стола стояла миловидная блондинка и, улыбаясь, на ломаном английском языке дала понять, что если ему что-либо понадобится, то стоит поднять только телефонную трубку, и любое его желание будет удовлетворено.

Начало приема Брокману понравилось, и он, раздевшись, принял душ, побрился, привел себя в порядок. С аппетитом пообедал, выпил немного виски с тоником и, развалившись в кресле, включил телевизор. Телевидение освещало заседание Государственной Думы.

«Действительно «трескотня», которая переходит в открытый мордобой. Да, это тебе не 1980 год, когда СССР с его олимпийским медвежонком торжествовал, а уже 1996 год, в России бардак. Такая мощная империя гибнет на глазах, еще чуть-чуть надавить — и держава рассыплется, как карточный домик», — ухмыляясь, подумал Брокман.

На экране творилось безобразие, какой-то из депутатов схватил женщину за волосы, другой ударил виновника в лицо. Толпа депутатов взбесилась и стала неуправляемой.

«Им бы в цирке выступать, а не политические вопросы решать, не умеют себя вести. Меня возмущает эта страна непризнанных идиотов», — думал Эдуард Карлович и выключил телевизор.

«В стране хаос, как раз тот благоприятный период, когда необходима реализация плана «Z-999» с его секретным проектом», — размышлял посланник ЦРУ.

Незаметно Брокман заснул и проспал ровно два часа. Прозвенел телефонный звонок, который и разбудил его. Вежливый женский голос напомнил время, и Эдуард Карлович понял, что он, как рыба в аквариуме, весь на виду, и с сожалением подумал: «Не такие уж русские простаки, как я склонен был думать раньше».

Брокман выпил чашечку крепкого кофе, надел свой великолепный костюм и на лифте спустился вниз. По ходу следования он не увидел ни одного охранника, которые его сопровождали ранее. В вестибюле их тоже не было.

«Странно», — подумал Брокман.

Пройдя мимо дежурного администратора и подойдя к выходу, он увидел, как швейцар расторопно открыл перед ним дверь. В благодарность он небрежно сунул ему помятую пятидолларовую купюру. Выйдя на улицу, Брокман увидел уже знакомую автомашину «Вольво», которая стояла на старом месте. Очаровательная Марина, улыбаясь, слегка махнула ему рукой. Не доходя метров десять до автомобиля, он услышал мощный взрыв, который, казалось, всколыхнул всю землю. Брокман упал и, подняв голову, не поверил своим глазам: то, что он увидел, его сильно испугало. Автомобиль, где находилась Марина, был разворочен взрывом и полыхал огнем. Языки пламени взвивались вверх, унося копоть черного дыма, пожирая останки очаровательной Марины. Он был потрясен и не мог понять, почему это произошло, но одно осознал сразу: между исчезновением охранников и этим взрывом существует причинная связь, которая должна его вывести на источник опасности. Он всеми своими нервными окончаниями, всей своей кожей почувствовал приближение этой опасности. Он встал, отряхнулся, и в это время к нему сзади тихо подкатил шестисотый «Мерседес». Двое мужчин аккуратно взяли его под руки и посадили на заднее сиденье автомобиля. Тотчас «Мерседес» исчез во тьме ночной столицы.

В салоне автомобиля было тихо, лишь шуршание шин по асфальту и мелькание огней в окнах подсказывали ему, что он в пути, а двое громил с двух сторон свидетельствовали о том, что он попал в западню. Интуитивно он чувствовал, что это противоборствующая преступная организация, которая взяла инициативу на себя и перехватила его у своих конкурентов. Он подумал: «Русские непредсказуемы, и становится довольно-таки интересно. К чему же все это приведет?»

Посланник ЦРУ огляделся, оценивая ситуацию. Ему передали телефонную трубку, откуда Брокман услышал мягкий голос человека, который просил его извинить и не волноваться, он с ним скоро объяснится.

Проехав несколько кварталов, «Мерседес» заехал в арку многоэтажного здания и, подрулив к парадной двери, остановился. У входа находилась охрана. Ему дали возможность выйти из автомобиля и сопроводили в здание. Поднявшись по высокой парадной лестнице и пройдя по лабиринтам коридоров, они вошли в огромное помещение, которое напоминало кабинет. Стены этого помещения были сплошь завешаны ценными картинами. Вдоль стен стояла офисная мебель. В центре помещения располагался большой стол. На столе несколько телефонов, компьютер и другая оргтехника. В помещении никого не было. Сопровождающий мужчина пригласил Брокмана присесть в кресло.