Где же Валентин? Михаил внимательно осмотрел всю окружающую местность. Он должен быть где-то справа, метрах в пятидесяти, может, ближе. Михаил лег между бревнами, достал телефон и, набрав номер Валентина, отправил ему «эсэмэску»: «Я у лесопилки, у свалки ящиков».

Минута прошла, другая, третья… ответа не последовало, и позже — тоже.

Набрал номер Каравая и отправил ему такую же записку. Та же тишина.

«Совсем нехорошо, — подумал Михаил, — опять оставаться в роли зрителя. А может перебраться к тем воротам и войти внутрь здания? Стоп, а может, в джипе хоть какое-то оружие есть. В том, черном, это, кажется, джип Клеща с Ежом. Нужно туда подползти».

Михаил приподнялся, еще раз все внимательнейшим образом осмотрел окрестности — никого… Выбрав для себя самый короткий маршрут, он быстро перебежал к джипу, открыл его заднюю дверь и влез в салон. Ощупав карманы сидений, перелез вперед, на полках — тоже ничего. Только газовый баллон для зажигалок и коробка спичек. В принципе, это тоже неплохое оружие, если, к примеру, поджечь джип. От этой мысли зачесались руки. Интересно, это взбодрит этих гнид? Проверить бы неплохо. Ладно, а что у нас в другом джипе?

Но предположение, а вдруг в кабине мусоровозки сидит водитель, Михаила остановило. Он обернулся в сторону этой машины и присмотрелся. Вроде никого, хотя сумерки уже достаточно сгустились и очень трудно рассмотреть, есть ли в кабине кто-нибудь или нет. Хотя и его сейчас трудно рассмотреть: земля темная, как и его куртка, звезд и луны на небе нет. Как в том анекдоте: черный человек в черном плаще… А, ладно. Михаил вылез из машины и перебежал к стоящему рядом джипу. Двери автомобиля были заперты. У другого — тоже.

А в мусоровозке? Подошел к кабине «КамАЗа» и в два прыжка по ступенькам, открыв дверь, залез в салон. Неприятный кисло-горький запах от сигаретного дыма резко ударил в нос. Сел в кресло на что-то твердое, больно упершееся в ягодицу. Это пистолет. Вот это и есть то, что ему сейчас так нужно. Что за ствол? Ага, «макаров», знакомая штучка, магазин с патронами… Тихонько вылез из машины, перебежав на старое место, присел у брусьев и стал ожидать.

И вот наконец в здании за воротами заморгал свет, скорее всего, от фонаря. Появились несколько фигур, рассмотреть их трудно. Интересно, кто это?

Ага, вот кто-то подошел к «КамАЗу», залез в него, завел двигатель, включил фары. Из ворот вышли еще несколько человек, волокущие что-то за собою. Трудно рассмотреть, мешок это или человек… Зашли за «КамАЗ», теперь никого не видно.

— Ну что, их в кузов? — спросил кто-то громко. — А не попортятся, там у тебя мусор?

— Ха, а ты что думал, матрасы? Конечно, мусор. Да меня сейчас на любом посту остановят, в первую очередь полезут туда и посмотрят, что там вожу, гашиш или мусор.

— А не задохнутся?

— Баба, может, и задохнется, да ничего с ней не будет. Они, знаешь, когда жить хотят, вывернутся так, что в нос ни один червяк не залезет. Так что не беспокойся, твой товар дойдет куда нужно живым и здоровым, не испортится. Я же не первый раз таким делом занимаюсь.

— Ладно, опускай свое ведро, — послышался голос другого человека. Что-то очень знакомый голос. Михаил стал перебирать в памяти всех из этой банды знакомых ему людей. Кто же это?

— Клещ, ты только их убери оттуда, а то раздавлю. Ага, вот так.

Теперь все ясно, если здесь Клещ, то рядом и Еж.

— Да не брыкайся, Валек, — раздался громкий окрик Ежа. Точно — это голос Ежа, мягкий баритончик. А кто же такой Валек? Неужели Валентина сцапали? Михаил сдавил рукоятку пистолета до боли.

— Валя, а где твои дружки-то, а? Ты думаешь, все так просто обойдется? Да нет, мы сейчас твои ножки под колесо положим и будем так тихонечко наезжать на них, сначала на ступни, потом — на коленки. Не скажешь, ручки твои положим под колесо. А? Осталась минута — и все.

Михаил вытер со лба холодный пот, приподнялся и единственное, что почувствовал, — как какая-то неведомая сила обрушилась ему на голову…

…Затылок онемел, рот набит какой-то грязью — опилками или зубами? Хотел сплюнуть, но сделать это помешала лента, наклеенная на рот. Руки тоже чем-то скручены сзади, только ладонями можно двигать. «А где я нахожусь? Вроде бы в машине, пол железный, холодный».

Михаил повернул голову: нет, это не машина, а какая-то огромная железяка. Попытался приподняться, и тут же неожиданно что-то больно ткнуло Михаила в затылок, и он, чуть не сломав челюсть, с размаху ударился лицом о пол.