— Ты каждый раз вежливо подчеркиваешь дистанцию между нами, но меняешься в лице, когда я остаюсь наедине с кем-то из руководства. К примеру, с Боазом. А теперь — с Надавом. Может быть, ты чувствуешь себя комфортно, но женщины устроены иначе. Женщина хочет знать, что происходит. Я наблюдаю за тобой, делаю выводы, но завтра эти выводы уже ничего не стоят. Ты можешь сказать мне, как ты ко мне относишься?

— Нет. Но мне необходимо, чтобы ты была рядом.

Нурит снова села на кровати и, вздохнув, закрыла лицо руками.

— Мне на самом деле важно это услышать.

— Понимаю. Но на этот вопрос у меня тоже нет ответа. Может, я просто не хочу его искать, но так ли это важно? Каким бы он ни был, кто-то из нас будет чувствовать себя неуютно. А сейчас мы оба чувствуем одно и то же. Не ты ли когда-то говорила мне подобное?

— Тогда я верила в то, что у меня есть хотя бы один шанс из миллиона.

— Почему мы начинаем выяснять отношения каждый раз, когда остаемся наедине? Мы постоянно обсуждаем одно и то же. — Константин обнял ее за плечи. — Сколько бы вопросов ты ни задавала, и сколько ответов «не знаю» я бы ни давал, мне хорошо с тобой. Не только в постели.

Нурит молчала, рассеянно накручивая на палец прядь волос.

— Ты поедешь домой? — спросила она.

— Я останусь до утра. Марика приедет завтра вечером.

— Сделай одолжение, приляг и укройся одеялом, ты замерзнешь. — Она погладила его по спине. — Мне нужно, чтобы ты оказал мне услугу.

Константин наклонил голову, расслабляя шею.

— Какую?

— Это связано с работой.

— Надав?

Доктор Мейер посмотрела на него и рассмеялась.

— Если это что-то, о чем не знаю я, это меня тоже интересует. Но не думаю, что ты располагаешь такой информацией, а поэтому мы отложим этот разговор на потом.

— Ты могла бы попросить Гилада.

— Мне нужна твояпомощь.

— Неужели это что-то настолько особенное, что тебе не может помочь главный аналитик?

— Это оперативные разработки и сопровождающие материалы.

Константин лег на подушку и прикрыл глаза.

— Если эти документы находятся в архивах оперативного отдела, не могу пообещать, что достану их быстро. Гиладу на самом деле не стоит этим заниматься — он не найдет их и за две недели. Я найду их за два-три дня.

— Это меня устраивает.

— Прекрасно. Деловая беседа закончена, и я могу засыпать?

Нурит положила голову ему на плечо.

— Знаешь, — заговорила она, — так непривычно осознавать, что я в этой постели не одна. Я уже не помню, когда тут кто-то был в последний раз…

— Я все равно считаю, что лучше было разделить мой кабинет на две комнаты.

— Может, я не хотела тебя стеснять?

— Лучше скажи прямо — ты хотела отдельный кабинет.

Марика приподняла солнцезащитные очки и посмотрела на мужа. Константин на секунду оторвался от изучения журнала.

— А, может, я хотела твой кабинет и ждала, что ты будешь джентльменом и предложишь мне эту комнату?

— Я бы ни за что не сделал кабинет в подвале.

— Это не подвал, сколько раз я могу повторять? Это пристройка. Между прочим, многие сдают эти пристройки как квартиры. Знаешь, сколько стоит такая квартира в нашем районе?

— Она вполне устраивала меня в качестве «дома для гостей».

Марика покачала головой и, снова надев очки, оглядела сад.

— «Дом для гостей», — передразнила она. — Будь я человеком со средним достатком и дряхлой машиной, не отказалась бы от такого «дома для гостей»!

— Судьба распорядилась так, что ты — человек с достатком гораздо выше среднего и с хорошей машиной. А также у тебя есть муж, который позволил тебе ломать стены в «доме для гостей» и организовывать свой кабинет.

Она откинулась на спинку кресла.

— О, спасибо тебе за то, что ты разрешил ломать стены! Что бы я делала без твоего разрешения?

— Полагаю, ты бы настояла на своем.

— Совершенно верно. — Марика посмотрела на часы. — Ну, скоро они закончат с мебелью?

— Надеюсь. Мне не терпится посмотреть, что получилось.

Марика поднялась из своего кресла и подошла к Константину. Он вопросительно посмотрел на нее поверх очков.

— Не позволите ли присесть? — спросила она, забирая из его рук журнал.