Шрифт:
Марта. Ой, дай отдышаться!.. А у вас-то что делается!
Хустен. Потоп! Наводнение!
Учитель. Такой грозы не было сто лет!
Ганс. Ты мокрая, хоть выжми. Надо переодеться… Мария! У тебя ничего не найдется? Как ты добралась? (Марии.) И налей ей, пожалуйста, чего-нибудь покрепче… (Марте.) Ну что ты? Ты же была дома.
Марта. Да. Но это так страшно. Я испугалась. Мне бог знает что лезло в голову. Что рушатся дома. С тобой что-то случилось.
Ганс. Ты пешком?
Марта. Да, я не выдержала. Бегом. А знаешь, какой ливень? Просто нельзя дышать. Одна вода… Ганс!.. (Смеется.)
Ганс. Глупенькая моя! (Гладит и целует ее.)
Мария подносит рюмку, ждет.
Марта. О Мария, спасибо. Это крепко?
Ганс. Выпей, выпей, тебе надо согреться. И я с тобой, хочешь?
Марта. Ты, по-моему, уже. Что у вас так весело?
Ганс. А что? Почему бы не отпраздновать такое роскошное явление природы? Правда, Мария?..
Мария (Марте). Идемте, я дам вам переодеться.
Марта. Спасибо. (Пьет.) О, крепко!.. Не пришлось бы здесь ночевать. (Уходит с Марией.)
Ганс. Ну и что? И заночуем! А?.. Друзья! Останемся здесь! Еды и вина хватит! Ночуйте! Гуляйте!.. Нэф, подбрось углей!.. Я обещаю вам ужин, какого вы не видывали!.. Вы слышали? Вы видели мою жену? Она прибежала пешком с Блюменштрассе под таким дождем! Ради меня! Поняли? Разве не стоит выпить за такую жену? Я угощаю.
Хустен. Ура! Да здравствует Марта!
Полицейский (тихо). По-моему, ты только что обнимал Марию?
Ганс. Я? Ну и что? Мария – это Мария, а Марта – это Марта… Друзья! Прошу! Прошу, всех! (Наливает всем.)
Прохожий. Я выпью. Но я заявляю: это странное, беспричинное веселье. Надо работать.
Штоп. Ганс! Что ты распоряжаешься? Я закрываю ресторан. В такой обстановке…
Ганс. А людей выгоним на улицу?.. Бросьте, Штоп! Выпейте лучше!
Штоп. Я не хочу пить! И вообще! Я вас предупреждаю. Пьете во время работы, обнимаете женщин…
Ганс. Моя работа – это мой родной дом! О чем говорить!
Прохожий. На работе можно. На работе все можно. Лишь бы на работе.
Выходит Мария. Ганс приближается к ней.
Ну что там? Все в порядке?.. Выпей с нами, девочка!..
Полицейский. За его жену.
Мария. Да, она переодевается. (Тихо.) А если бы она вошла минутой раньше?
Ганс (беспечно). Но она же не вошла. Что ты расстраиваешься?
Мария. Да ну тебя! Идиотское положение.
Ганс. Ну-ну, Мария! Мое не лучше. Черт возьми, принять мусульманство, что ли! Почему нельзя любить сразу двух женщин?
Мария. Любить можно, жить нельзя.
Ганс. Это верно. (Хохочет.)
Мария. Чему ты радуешься? Не понимаю. (Отходит.)
Выходит Марта в платье Марии. Переводит взгляд с Марии на Ганса.
Ганс. О, прекрасно!.. Тебе идет это платье. Очень… Друзья! Я предлагаю выпить за мою жену!
Хустен. Ура!.. За здоровье!..
Марта. Чему ты так радуешься? Не понимаю.
Ганс (обнимает ее). А почему мне не радоваться? Прекрасный день! (Шепотом.) Я тебя очень люблю. Я люблю свою жену, я люблю свою работу, кругом – славные люди, почему мне не радоваться? (Всем.) За мою жену!
Все пьют, приветствуя Марту. Мария тоже сдержанно отпивает глоточек. Нэф вскакивает на стойку и поет.
Нэф.
Уходит день, уходит день, уходит.Горит на небе розовый закат.«Ах, мальчик, – старики мне говорят, —Не знаешь ты, как быстро жизнь проходитИ годы, словно ласточки, летят».Не знаю я, как быстро жизнь проходит,Как годы, словно ласточки, летят.Горит, горит на небесах закат,Но день все не уходит, не уходит.И старики на лавочках сидят.Мой каждый день – как будто день рожденья.И каждый день проходит, как фрегат.Горит, горит на небесах закат,Но у меня такое впечатленье – пока, —Что старики неправду говорят.