— Проблемно…. — ответил Виталий.

— Обойтись одними руками-ногами при таком численном перевесе мы вряд ли сможем. Но стрелять будешь ты один. Я встретился с нашими оружейными поставщиками, и они, по моей настоятельной просьбе, сумели достать — просто кудесники! — вот такие патроны для твоей снайперской винтовки.

Командир вытащил из нагрудного кармана рубашки оружейный патрон и поставил его на стол пулей вверх. Друзья сначала внимательно его оглядели, потом Вит осторожно взял двумя пальцами и медленно покрутил перед глазами.

— Я слышал о таких, но сам не пользовался. Для охотничьих карабинов их давно уже выпускают. Правда, калибр больше. Чтобы усыплять животных. Во многих лабораториях мира работали над созданием боевого варианта. Бельгийцы, кажется, дальше всех продвинулись…

— Да-да, — Талеев остановил поток специфического красноречия обычно немногословного Виталия. — В мастерской города Герсталь…

— Это под Льежем, — уточнил Снайп.

— …выпускают небольшие партии. Патроны адаптированы под американское стрелковое оружие. У тебя ведь их «Barrett»?

— Да.

— Вот и отлично. Человек отключается практически мгновенно и надолго. Еще они расщедрились на светозвуковые гранаты. Это обычный отечественный «Факел». Ты, Вит, возьмешь на всякий случай пару штук. Помни: ослепляющий эффект продолжается 20–30 секунд, за это время ты должен нейтрализовать максимальное число целей.

— Зато проблемы со слухом гарантированы часов на шесть! — не мог не сказать своего слова Аракчеев. — Помнишь, командир, нас такими на Дальнем Востоке закидали? Ужас!

— Ну, ладно-ладно, перенесем вечер воспоминаний на другое время. Сейчас обговорим детали…

К зданию боулинг-центра от хорошо освещенной магистрали Казбеги вела широкая асфальтированная дорога. У массивных входных дверей она отходила к небольшой автостоянке, предназначенной исключительно для посетителей заведения. Впрочем, других желающих оставить на ней свой автомобиль просто не было: ближайшая территория пока пустовала. То ли собственники выжидали удобного момента для ее продажи, то ли имелись какие-то трудности с городскими властями, потому что с другой стороны к боулинг-центру вплотную примыкала территория, красиво именовавшаяся в официальных документах «сквер».

Впрочем, ни благоустроенной, ни как-то специально озелененной — а именно это подразумевает понятие «сквер» — она не была. Скорее уж старый парк. Или просто вытянувшийся вдоль улицы неухоженный зеленый массив с высокими и толстыми, но нечастыми деревьями и дорожками, протоптанными в самых невероятных направлениях.

Вот оттуда и появилась весьма примечательная группа людей. Трое мужчин неторопливо выбрались из-под сени вековых деревьев на пешеходную тропу, идущую параллельно с асфальтированной дорогой к боулинг-центру. Именно выбрались. Два из них в не совсем адекватном состоянии, а третий откровенно пьян! И если бы не друзья, крепко поддерживающие его с обеих сторон, предсказать траекторию его движения было бы очень проблематично. Скорее всего вниз, к земле…

Однако никто из остановивших свой взгляд на этой живописной троице не посмел бы причислить их к разношерстному, но сплоченному братству городских «синяков» или парковых бомжей. Все трое были одеты в превосходные и чрезвычайно дорогие костюмы от Армани и Версаче. Или от Гуччи и Лагерфельда. А один, слева, бережно прижимал к боку скрипичный футляр. Если судить по его одежде и легкому запаху изысканного парфюма, с трудом пробивавшегося сквозь тяжелую завесу алкогольных испарений, там должен был находиться не иначе подлинный Страдивари. Или Амати.

Понятно, какая неразрешимая дилемма возникла перед «наружными» охранниками боулинг-центра. Если издалека оба они весело потешались над бредущими к ним скорее всего по ошибке пьяницами и приготовились организовать им веселый «от ворот поворот», то при ближайшем рассмотрении категорически поменяли свое профессиональное решение: в дорогих вещах и аксессуарах они умели разбираться. Их откровенная растерянность позволила троим друзьям подойти практически вплотную…

Со стороны показалось — и то же самое отразил экран внешнего монитора на охранном пульте контроля за обстановкой, — что один из подошедших что-то зашептал на ухо старшему охраннику. В то время как другого из троицы обхватил руками второй страж порядка с явным намерением вышвырнуть далеко-далеко за пределы освещенной «цивилизованной» зоны. А потом вдруг экран на пульте погас! И пришлось оператору звонить в техническую подсобку, чтобы оттуда пришел специалист и разобрался… Черт знает что такое! Хорошо, все другие камеры работали безупречно.

Герман Талеев, которого «хотели вышвырнуть за пределы», моментально выставил из-под локтя обхватившего его мощными руками охранника едва видимое дуло небольшого автоматического пистолета и нажал на курок. Вот в этот-то момент и погас экран в центре наблюдения! Потом командир, перехватив оружие за ствол, несильно ударил рукоятью в бритый затылок блюстителя дресс-кода. Не давая мгновенно обмякшему телу опуститься на землю, Талеев, поддерживая его под мышки, подтащил к входным дверям.

Там уже находился Вадик, обняв «своего» охранника. Неожиданно Аракчеев судорожно отскочил в сторону, изрыгая потоки проклятий: