— Какая наркомафия, что ты несешь?

— Ну, не хотите общаться с прессой сами, позвольте пообщаться с ней господину Соловкину.

— Кому?

— Феликс его зовут, фамилия Соловкин. Он сейчас вместо Злого. Он сейчас ваш босс. Мне бы с ним поговорить…

— Не знаю, о чем разговор?

— Да ладно тебе, Касатов… — Степан ударил телохранителя, который начал приходить в себя. Лучше заглушить его активность сейчас, чем расхлебывать потом. — Все ты знаешь. И кто такой Соловкин, знаешь! И где он живет, знаешь! Я не из полиции, я сам по себе, у меня к Феликсу личные счеты. Хочу некролог для него написать. И напишу… И на тебя напишу, если не поможешь мне…

— Иди ты, знаешь куда? — психанул Касатов. И тут же взвыл от боли. Это Степан ударил его ладонями по ушам.

— Пойми меня правильно, Касатов, я взял след Феликса. Я его найду. И убью. Поможешь ты мне или нет, я все равно его убью! Я для этого из тюрьмы сбежал, чтобы его убить!

— Из тюрьмы?

— Ну, не из редакции же… Если ты сдашь мне Феликса, значит, мы с тобой союзники! Если не сдашь, ты мне враг! А врагов убивают. Нельзя оставлять врагов у себя за спиной. Ты со мной согласен?

— Но я не знаю, как выйти на Феликса! — мотнул головой Касатов.

— Мне нужен дом, в котором жил Злой!

— Я не знаю, где он жил!

Степан обошел его со спины, ударил в позвоночник, парализуя на время движения, обхватил голову руками.

— Сейчас я скручу тебе голову. Поверь, это нетрудно. Смотри, как это делается… — Он напряг мышцы рук, как будто собираясь делать поступательно-возвратное движение, и этим добил Касатова.

— Хорошо, я скажу, где жил Злой!

— А почему жил? Он что, больше уже не живет?

— Нет его… Феликс его убил!

— И ты Феликсу это простил?

— Нет. Но что я могу сделать? — хныкающим голосом воззвал к Степану Касатов.

— Я все сделаю. А ты сможешь занять место Феликса.

— Мне это не нужно.

— А за Злого отомстить?

— Ну, хотелось бы…

— А чего хотелось бы больше всего? Чтобы Феликс оставил тебя в покое! И он оставит. Феликс в доме Злого живет?

— Да, там он и живет…

— С кем?

— С женой Злого. И его отморозки с ним.

Касатов рассказал все, что знал про Феликса, и Степан выслушал его очень внимательно. И о его работе узнал немало интересного, и намотал эту информацию не только себе на ус…

Телефонная трубка с треском ударилась о стену и разлетелась на куски. Это слегка отрезвило Феликса. И стоило ему ломать столь нужную вещь из-за какого-то Степы?

Он вызвал к себе Веника, который ведал его личной охраной.

— «Стукач» звонил! К тебе едет ревизор!

— Ревизор?! — озадаченно нахмурился Веник. А хмурить ему было что. Брови у него на редкость пышные, треугольные.

— Степа к нам едет, твою работу проверять будет. А Касатый, падла, не позвонил, — вслух подумал Феликс.

— А он должен был позвонить? — непонимающе смотрел на него Веник.

— Должен был… Степа на него вышел, расколол его, как гнилой арбуз. Так он и есть гниль!

Не доверял Феликс Касатову, но тот отлично справлялся со своей работой и процент отчислял исправно. Не захотел он менять ничего в этой столь четко отлаженной схеме, потому Касатов остался на своем месте. Только Феликса сдал при первой возможности…

Об этом ему сообщил Джордж, телохранитель Касатова. Феликс задействовал и шантаж, и деньги, чтобы приручить этого парня. И, как оказалось, старался он не зря.

— Короче, Степа сдернул от ментов, вышел на Касатова и теперь идет к нам.

— Касатов знает про этот дом?

— Выходит, знает. Я же знал, где живет Злой! И он знал! Вот скажи, Веня, что нам теперь делать?

— Ноги надо делать.

— От кого?! От Степы?

— А если он ментов наведет?

— Как?

— Они могут за ним пойти. Ну, если он от них сдернул…

— Соображаешь. Это хорошо, что ты соображаешь. Это очень хорошо.

Феликс напрямую позвонил Джорджу и спросил насчет ментов. Не было ничего такого, никто не шел по следу Степы.

— Если что, Джордж нас предупредит, — обращаясь к Венику, сказал Феликс. — А пока расставим капканы…

— На Степу?

— Ну, не на себя же…

Феликс помнил, как однажды он обыграл Степу. Подкрался к нему, зашел со спины, взял в оборот. Неплохо бы повторить комбинацию, только на этот раз он Степу щадить не будет. Злого давно уже нет, и некому осаживать его…